# Отъезд через силу, Спасти от буллинга, Замучили истерики | ЛНВ

## Метаданные

- **Канал:** Дима Зицер
- **YouTube:** https://www.youtube.com/watch?v=JAWFuSQpF_E
- **Дата:** 29.04.2026
- **Длительность:** 2:04:55
- **Просмотры:** 23,325

## Описание

Новый выпуск программы Димы Зицера «Любить нельзя воспитывать». ЛНВ выпуск #434 28.04.2026
Эфиры каждый вторник с 17.00 до 19.00.

Всё о Диме Зицере: https://zicerino.com/

Помочь программе можно тут: https://www.patreon.com/zicer 


ZICERVPN     
С российской карты:
https://t.me/zicervpnbot
С зарубежной карты: https://vpn.zicerino.com

Форма для ваших вопросов:
https://forms.gle/5Ft7QSHtFUnPiWas7

Рубрикатор ЛНВ: 
https://templateresque.notion.site/c3cf4e50a4754645ad93b26cb43bc14c

«Любовь в условиях турбулентности» (рус): https://zicerino.com/ru/books/love-in-turbulent-times
«Любов в умовах турбулентності» (укр): https://zicerino.com/ru/books/love-in-turbulent-times-ukr
Читать в приложении (для живущих в рф): https://meduza.io/book_landing/2025/07/18/dima-zitser

00:00 — Начало
00:48 — Привет, дорогие
01:32 — Дети уже шесть лет не видят нормальной жизни
09:15 — Анонсы встреч
16:30 — Анна, Португалия: «Сына оставляют на второй год»
41:25 — Инна, Россия: «Как вывезти дочку, если папа против?»
1:02:24 — Катя, Белград: «Сын в игре нарушает границы»
1:12:25 — Денис и Евгения, Россия: «Как защитить от буллинга?»
1:27:39 — Даша, Германия: «У дочки постоянные истерики»
1:43:00 — Мона, Кельн: «Разлад в семейном педагогическом подходе»
1:56:35 — «Стоит ли выбирать страну по тому, где лучше школа?»
2:00:22 — «Сын в лагере столкнулся с дедовщиной. Ехать ли еще?»

## Содержание

### [0:00](https://www.youtube.com/watch?v=JAWFuSQpF_E) Начало

Усі Любить нельзя, воспитывать, [колокольчик] любить.

### [0:48](https://www.youtube.com/watch?v=JAWFuSQpF_E&t=48s) Привет, дорогие

Здравствуйте, друзья мои дорогие. Но вы же знаете, что я хочу вам сказать. А хочу я вам сказать, что я Димазицар и что сегодня вторник. Стало быть, мы встречаемся в программе "Любить нельзя, воспитывать". Привет, друзья. Давайте [откашливается] начинать. А-а, с чего бы это? Ну, давайте я с своих размышлений начну немножко. только что коллегам своим говорил, что нет сил у меня читать новости. То есть читать силы есть, но озвучивать их в эфире нет. Давайте возьмём небольшую паузу, ребята. Ищите ээ новости, в частности, из системы образования в РФ. А война, война. Вот о чём я подумал внезапно. И не то

### [1:32](https://www.youtube.com/watch?v=JAWFuSQpF_E&t=92s) Дети уже шесть лет не видят нормальной жизни

чтобы это не банальная мысль, но это мысль, которая возвращается ко мне всё время. Подумал я о том, что больше чем 5 лет наши с вами дети живут ээ в ситуации, которую невозможно назвать нормой. А кто-то скажет: "Больше, чем 6 лет". Я имею в виду, безусловно, ковид сначала и уж совсем, безусловно, начало жизни наших детей после начала полномасштабного вторжения России в Украину. [вздыхает] А что это значит? Это значит, что те дети, которым сейчас 10, я уверен, что вы об этом думали, особенно если у вас дети в этом возрасте или младше, или чуть-чуть старше, так вот, эти дети не видели вообще того, что мы с вами обычно называем нормальной жизнью. Потому что сначала они учились онлайн, в зависимости от страны больше или меньше. Даже если они учились меньше, в любом случае их школьная или детсадовская жизнь не была обычной. Обычной опять с нашей с вами точки зрения. А потом пришло страшное, потом пришла война. Если мы говорим о детях в Украине, мы неоднократно говорили об этом и, конечно, ещё будем, о том, что они были лишены детства на 100%. Но и если мы говорим о детях той аудитории, с которой я общаюсь, так или иначе их детство трудно назвать нормальным нормой с нашей точки зрения. И знаете, что я хотел по этому поводу вам сказать? По этому поводу я хотел вам сказать, что мы с вами - это единственная возможность для этих детей, для наших с вами дорогих детей. хоть как-то стабилизировать свою жизнь, стабилизировать, хоть немножко дать возможность этого самого детства. Нет, вы меня хорошо знаете, мы с вами хорошо знакомы. Я совершенно не с тех людей, которые говорят: "Вот это норма, а вот это нормой назвать нельзя". Дело не в этом. Однако понятие стабильности - это как раз понятие более-менее постоянное. И в этом смысле я в очередной раз, но впрямую, может быть, и впервые хочу напомнить вас вам вот о чём. С жёсткими навыками, с так называемыми skills, дети успеют познакомиться, а с мягкими навыками, с так называемыми soft skills, могут и не успеть. Давайте переведём это на простой язык. Безусловно, где бы ни находились ваши дети, они успеют узнать таблицу умножения, говоря очень-очень простым кондовым языком. Вы с этим справитесь. Школа, какая бы она ни была, с этим справится. Вот с этими самыми основными навыками. А вот то, что касается человечности и рефлексии, на это времени может не хватить, потому что это приходит к нашим детям в первые годы жизни. Да. Потом всё это можно корректировать, потом можно, ээ, каким-то вещам учиться заново. Но это принципиально, это очень-очень важно. Почему именно сегодня я решил об этом поговорить? Слушайте, да я действительно об этом думаю всё время. Это, в общем, отчасти по мотивам книги моей Любовь в условиях турбулентности. Ещё и потому, что почему-то за последнюю неделю было очень-очень много обращений на эту тему, много писем и несколько разговоров в Патрионе о том, как оказавшись в другой стране, все они были на эту тему, оказавшись в другой стране каким-то образом стабилизировать жизнь детей. И все наши взрослые разговоры, они так или иначе очень часто сводятся к одному и тому же. Нам нужно завести обычную, привычную рутину, и тогда нашему ребёнку станет легче. Я раз за разом говорю одно и то же вне зависимости от того, находятся ваши дети в Украине, вы оказались в другой стране. В какой бы стране они ни были, если место изменилось, значит изменилась система координат. Значит, нужно не предлагать им старую систему координат, а нужно вместе с ними на ощупь заново пробовать мир, нюхать его, знакомиться с этими запахами, притрагиваться к нему, изучать его и так далее. Это очень важный момент, скажу я вам в очередной раз. В этом смысле, как только мы, взрослые, начинаем бежать за собственным хвостом, то есть транслировать детям: "Ты опоздаешь, ты не успеешь". ни в коем случае не потерять год и так далее, и так далее. В этот момент, помимо того, что мы их очень сильно невротизируем, мы добавляем им стресс, которого и без нас, как вы понимаете, очень-очень много. Удивительным образом, печальным образом нашему с вами поколению взрослых досталась важнейшая миссия. И, если хотите, важнейшая проверка на взрослость. Нет, такой проверки не было у поколения наших родителей, например. У нас есть, это печально, к несчастью, но тем не менее эту проверку мы должны пройти с достоинством. Это проверка на то, можем мы дать нашим детям стабильное детство вне зависимости от ситуации, в которой они оказались, или не можем. В этом смысле мы и есть дом наших детей. Мы и есть покой наших детей. И несмотря на то, что действительность, пытаюсь избежать обсценного слова, ээ ужасающая действительность очень часто невротизирует и нас. Нам важно не вестись, нам важно ээ быть спокойным и упрямым. Слушайте, нам важно помнить о том, что никого у нас ближе, чем они, нет. И у них до поры до времени, во всяком случае, нет никого ближе, чем мы. Я очень хочу пожелать вам самим стабильности, мудрости и понимания того, что рядом с вами, рядом с нами люди, которые зависят от нас целиком. Умоляю вас, не бегите за собственным хвостом. Не ведитесь на то, что очень часто транслирует общество. Ах, он не успеет. Он успеет научиться. Он успеет познать новый язык. Он успеет выучить математику. Что действительно он или она может не успеть, это обрести ту самую долю человечности, которая идёт от нас с вами. сомнения, рефлексии, не успеть обрести умение сомневаться и выбирать, не успеть обрести момент знакомства с собой. Ещё раз, дорогие друзья, отчасти для этого существует эта программа. Это можно наверстать, но лучше с самого начала это не пропускать. Вот что почему-то мне сегодня кажется очень важным вам сказать именно сегодня.

### [9:15](https://www.youtube.com/watch?v=JAWFuSQpF_E&t=555s) Анонсы встреч

Между прочим, мы с вами в ближайшее время можем увидеться и очно при условии, что вы, например, живёте в городе Берлин. Если вы живёте в городе Берлин, то 2 мая приходите-ка на первую книжную ярмарку. Она будет огромная. Там будет очень много очень интересных людей, не говоря уже о книжках. Ну и буду я, между прочим, 2 мая. Прибегайте. История эта открытая, насколько я знаю, совершенно бесплатная. И тогда мы увидимся. А ещё мы можем увидеться с 30 мая в Праге. в прекрасном, чудесном городе Талине. Мы можем увидеться 4 июня и мы можем увидеться 20-21 августа. Это в случае, если вы интересуетесь педагогикой, педагог, коллеги, мы с вами хотите открыть собственную школу и так далее. А ещё на меня внезапно обиделся, обиделись жители города Нарва и сказали: "А что это ты в Таллине всё время выступаешь, а у нас нет". И поэтому 5 июня будет выступление в городе Нарва. Ээ это единственное, на что пока нет скидки. Нет ссылки, простите, пожалуйста, скидка есть, как раз будет. Нет ссылки в описании канала. во всём остальном эта ссылка есть в описании этого эфира. Внизу вы найдёте все эти выступления. А ещё последнее, поскольку ээ мы очень-очень круто отыграли с артистами, с моими студентами, спектакль Маленький принц - это мы. Мы добавили ещё один спектакль в Таллине семнадцатого числа, и даже по приглашению коллег едем выступать в Риге 25. 05. Про это отдельно расскажу каналу. это имеет меньше отношения, но расскажу у себя в соцсетях непременно. Ребята, я хочу напомнить вам, что программа эта существует не только для вас, но во многом и благодаря вам. Поэтому, если у вас есть возможность и, конечно, желание нас поддержать, нам помочь, помогайте нам, пожалуйста, на платформе Patreon. А помимо того, что это прямая помощь программе, прямая поддержка, помимо этого, таким образом, вы можете получить мою консультацию личную, абсолютно личную, один на один, что называется. Там есть такие опции, есть опция с разговором покороче, подлиннее. Заходите непременно. А ещё, если по странному стечению обстоятельств, у кого-то ещё нет зицар VPN, и вы смотрите этот эфир, например, что называется через пеньколоду, самое время Зицар VPN приобрести и смотреть не только этот канал, но и вообще всё, что вы хотите без того, чтобы какие-то мерзкие люди указывали вам, что смотреть, и выбирали за вас контент. А ещё по той же самой скидке есть бесплатный прокси, между прочим. Это для тех, кто хочет общаться в Телеграме. Не обязательно для этого покупать ZР VPN. Можно просто подписаться на прокси. Ну и самое последнее, о чём я хочу напомнить, хочу напомнить о том, что у нас есть рубрикатор благодаря потрясающим людям, которые живут в разных странах мира и которые после каждой программы делают так, что по одному запросу вы можете найти ответы на любой свой вопрос про отношения мира взрослых и мира детей. В случае, если этот вопрос был в программе, всё, о чём я сейчас рассказываю, есть по ссылке в описании эфира. Прикиньте. Вот так вот, дорогие мои друзья. А лайкнули? Лайкнули, да? Будем считать. И подписались, будем считать. Ну ладно, тогда я одним глазом загляну в чат. Заглядываю. Ой, сколько благодарности. Спасибо вам большущее. Здорово, здорово. Привет. Часто вот я держусь из последних сил всегда, чтобы не начать перечислять города. Эх, не могу. Привет, Коннектикут. Привет, Харьков. Привет, Екатеринбург. Ээ, привет, Италия, чудесная Граднаве. Эх. Э- привет, Израиль. Привет, Барселона, Ирландия, Ижевск, Чикаго, Франкфурт на Майне, Нижняя Саксония, Барселона, Денвер, Эрьков снова. Здравствуйте, дорогие мои чудесные, а-а, и так далее, и так далее. Ээ [откашливается] Наташа, Наташа спрашивает: "Дима, ты про наших украинских деток? " Да, конечно, Наташа, я в первую очередь про украинских деток, потому что большей турбулентности, более того, в случае с украинскими детьми турбулентность даже в определённом смысле - это слово эвфемизм. Потому что то, что делает война, турбулентностью назвать очень-очень трудно. Но знаешь, что я тебе скажу, Наташ? А даже в самых жёстких условиях принцип всё равно остаётся тем же самым принципом. Мы с тобой в очень большой степени есть стабильность для наших детей. Да и в Украине. При том, что тогда все ситуации, о которых я говорю, нужно умножить на несколько сотен. Да, абсолютно так. И дети, я об этом говорил много раз, но раз ты спрашиваешь, я отвечу ещё раз. И дети, которые оказались в страшной, несправедливой, жестокой, бесчеловечной ситуации войны, [вздыхает] аа им тоже нужна адаптация. Как дико не звучит это слово. И в ситуации войны живут иначе, чем в ситуации мира. Ничего с этим нельзя поделать. Ты это точно знаешь очень-очень хорошо. И я это знаю, и я это видел в Украине. И ещё раз, не мне, не мне тебе об этом рассказывать. И очень важный момент, как наша жизнь, как наша жизнь адаптируется к этим самым предлагаемым обстоятельствам. Да, и про украинских детей я хочу сказать в первую очередь. У нас очень много было диалогов с украинскими родителями. Ээ влюбите нельзя воспитывать на эту тему за последние 4,2 года и будут ещё абсолютно точно. Так вот, к украинским детям относятся в первую очередь. Они успеют с жёсткими навыками. Я тебе это, Наташ, гарантирую. Я всем это, ребята, гарантирую. Гибкие навыки - это самое ценное, что мы им можем дать. Самое ценное, на самом деле, ээ, что есть у нас для того, чтобы передать. Дима, очень жду информацию про мероприятие в Риге 25 мая. А завтра будет информация про мероприятие в Риге. Мы играем в 7:00 вечера. Ээ, спектакль Маленький принц - это мы. Как я шучу иногда, знаете, в этом этот спектакль идёт 45 минут, поэтому если вдруг он вам не понравится, он быстро закончится. Но мы надеемся, что да, мы не случайно едем в Ригу. Об этом услышали наши коллеги и поэтому позвали. Ну для первого раза а у всех детей, которые играют в этом спектакле, это дети в возрасте от 10 до 13 лет. Это первый раз. Для первого раза они действительно отыграли блистательно, но дальше постараемся не посрамить просто. Катерина из Одессы, любимая Одесса. Спасибо, что вы пишете оттуда привет. Давайте начинать наши разговоры, ребята. Отвечу я отдельно на сообщения. Постараюсь, чтобы в конце хватило времени. Анна из Португалии, вы

### [16:30](https://www.youtube.com/watch?v=JAWFuSQpF_E&t=990s) Анна, Португалия: «Сына оставляют на второй год»

первая сегодня. И если, Анна, вы нажмёте на кнопочку микрофон, то к изображению добавится звук. Вот оно. — Добрый день. — Привет. — А, спасибо большое, что выбрали мой вопрос. Мне очень приятно. — Это, Катя, спасибо. Она слышит нас и радуется там. Угу. — Спасибо вам и Кате. А очень приятно было прослушать по Прорву Италин. И особенно я очень люблю Тарфу. В общем, я очень люблю людям, которые могут прийти на ваши встречи. [откашливается] — Ура! Спасибо. — А чтобы не задерживать, у меня вопрос. — А идите чуть поближе к микрофону. Можете чуть-чуть придвинуться капельку. Да. Ага. — Так лучше, — да? — Угу. А у меня у нас такая следует ситуация, что в двадцать втором году мы переехали в Израиль. А и жили мы рядом с границей Ливана. А сыну было 10 небольшим лет, и он пошёл в школу на иврите. — Угу. — Вот. А выучить иврит у него не получилось, потому что сначала, пока он, ну, настраивался в классе, пока туда-сюда появились друзья, и началась война. Так как мы живём Полаливана, у нас очень много было онлайн оббучения, очень много было сирен. А потом момент, когда мы не знали, оставаться, не оставаться. В общем, мы остались, меняли школу. Иврид он не выучил. И отчасти в тот момент, когда у всех пошёл прогресс, у него прогресса не было, он не мог научиться читать, дети над ним подсмеивались, и, в общем, мы уже стали думать, что надо что-то менять. — Угу. В двадцать пятом году с января мы живём в Португалии. Её сын учится на английском языке, потому что после иврица мы решили, что ещё португальский сверху это будет слишком. А английский худо английский ничего. — Английский ничего. — Ну — хотя бы он его чуть-чуть понимал, но язык у него идёт очень слабо, очень медленно, очень прогресс минимальный, а обучении всё сложнее и сложнее. Сейчас вопрос, что школа нам с нами стала вести разговоры, что хорошо бы остаться на второй год. Это очень красиво, что не второй год, как у нас он глупый и пусть идёт ещё раз учится. Нет, а в том, что хорошо бы повторить этот материал ещё раз. Ещё — Да, понятно. — Ну, в общем, это всё звучит красиво, но для взрослых естественно сын у нас уже 13,5 лет, он уже подросток, уже характер прёт со всех сторон. он не готов оставаться на второй год. И он старается учиться, старается, но действительно язык идёт очень слабо. А, собственно, вот у меня вопрос. А, ну, плюс ко всему к этому муж решил, что муж очень расстроен, он не ожидал такого поворота. А, и — чем расстроен-то? что вот у сына не продвигается обучение, что он считает, что мы теряем образование, что вот мы его теряем, что вот знаний нет. Здесь надо отметить, что у меня муж математик, физик, и вот он — Дайте ему послушать, Анна, дайте ему послушать вступление к сегодняшнему выпуску. Давайте так. Всё прямо, понимаете, по заказу вашего мужа. Ну давайте. Да. — Вот, в общем, считается, надо возвращаться в Москву и идти учиться на русском языке, чтобы хотя бы знания не потерять. — Угу. А сын нравится ему очень школа, ему нравится тут очень, конечно, ну вот такой свободный подход, демократичный, когда ты можешь с учителями что хочешь обсуждать, можешь с ними быть ругаться, можешь отстаивать своё мнение, может быть, с ним не согласен, а организовать там. — А в каком вы городе, если не секрет? — Отлично. Да, я даже предполагаю, в какой школе вы учитесь. Так, ну, в смысле, ваш сын. Так — вот и мэ но он никак не хочет оставаться на второй год. Собственно, у меня два вопроса по всему этому. Первое, стоит ли остаться на второй год или надо возвращаться на русский язык? Я догадываюсь, что вы ответите, но я должна задать этот вопрос. А — вы правильно догадываетесь, но я ээ для начала начну ответ вопросом на во А что я скажу, кстати? — А что не надо? — Что? Что не надо? Что — надо возвращаться, нужно продолжать обучение. — Давайте я попробую это. Да, но я не Ну у меня есть столько причин очень-очень прозрачных и понятных, почему. Ну давайте я задам е один вопрос. — Ну можно я говорю, вот, собственно, моя мо, вернее, я скажу, почему я так думаю. даже не берём какие-то там политические ситуации, а если мы возьмём просто у меня очень я очень страдаю, что сын мотается вот уже несколько лет две школы в Израиле, есть новые школы, это новый коллектив. — С одной стороны, это хорошо, как вы говорите, это новые навыки, навыки каждый раз войти в новый класс. Я могу себе это слабо представить. Я в одной школе 10 лет училась. А, а именно вот мне не хочется его мотать, мне не хочется, чтобы он научился, чтобы у него была стабильность и чтобы он ответьте мне только на один вопрос. Один. У меня один вопрос всего к вам. Почему плохо остаться на второй год? — А потому что он взрослеет. Ему уже скоро 18 лет. То есть скоро, то есть вот мне кажется, что это — скоро сколько лет ему? — Скоро 18. [откашливается] 18. — Ну, в смысле, что осталось до 18? Очень. — А, ему 13, по, ему скоро 14. Вы перепутали. Второй момент, что я не знаю, как. Я, может, и не против. Я это как — просто Нет, оставьте против, не против. Откуда вообще возникает вопрос? Я искренне спрашиваю, если что. — Я понимаю. А — откуда вообще возникает идея, что я могу быть против или не против? Почему плохо остаться в принципе? Почему плохо остаться за второй год? Я честно спрашиваю — там. Ну, я могу объяснить с точки зрения только вот тинейджера, что его коллектив уйдёт учиться дальше, а он останется. И он очень боится. — Какой его коллектив, с которым он познакомился год назад? — Ну, всё равно там есть люди, с которыми он учится. Я не могу сказать, что это друзья, но они прямо как бы ему очень важно оставаться с ними. — Подождите секунду, секунду. Я не буду с вами спорить, но просто я хотел бы навести порядок. Это не то, что его коллектив пойдёт учиться дальше. его коллектив, его друзья продолжат учиться, и он продолжит учиться. Нет, да, но не с ними. И, ну, — ну не с ними. — А мне кажется, для нашего менталитета всё-таки это какой-то вот я не люблю слово позор, но что это вот не очень хорошее имеет окраску. — Так я и разговариваю сейчас с вашим менталитетом. В том-то и дело. Я разговариваю не с вами, с вашим и вашего мужа математико менталитетом. Но оставьте окраску. Мы про окраску, если захотите, поговорим. — Почему это плохо, Аня? — Ну, это обидно, мне кажется. — Почему это может быть обидно? — Ну вот, знаете, — давайте, это важнейший разговор, — что он не смог, — важнейший, смог достичь знания, получить знания, перейти на следующего уровень учения. — Почему он должен был? Почему? Это что, конкурс какой-то там был? Нет, здесь я согласны. Никто никому не должен быть на другом языке. Это — Нет, нет, секунду. Это не просто так устроено. Ээ, он не смог чего-то достичь. Вот именно эта формулировка. Только если в чьих-то глазах он должен был чего-то достичь. — А если в его собственных глазах? — А что это вдруг у него с глазами произошло? Почему так? У, — ну, может быть, как-то это позиционировать. Я не знаю, как ответить на ваш вопрос. Ээ, но я знаю, что он сам — Да, ну, Ань, это важно, это важное открытие, что вы не знаете, как ответить на мой вопрос. Вы не я совершенно не собираюсь на вас давить, но прямо отнеситесь к этому как к открытию сейчас, пожалуйста. Я вдруг открыла, что это какая-то полная туфта. Либо давайте ответьте на вопрос, почему. Либо туфта. Человек приезжает из третьей страны. Подождите, вы как раз подумаете пока. Да. Человек приезжает из третьей страны, он пошёл по своему возрасту в класс. [откашливается] — Да, может быть, чуть-чуть, может быть, даже можно было год старше, но мы не стали просить старшее. Они сами скажут, что будет лучше пойти за на год. Не, — он пошёл так, как будто он не был в двух предыдущих странах. Так решили его родители, так решила школа. Возможно. — Почему его родители так решили? Назовём это наш менталитет. Давайте так. Угу. — Да. По логике, что было бы правильно? По логике было бы правильно пойти на год младше. Почему? Давайте я договорю спокойно. Потому что тогда он столкнулся бы с материалом, который он уже знает, и спокойно занимался языком, атмосферой. Всё то, о чём Дима сегодня говорил во вступлении, мягкими навыками. Вместо этого так произошло. Я вас не ругаю, Ань. Я, честное слово, имя им Легион, да. А-э вместо этого он попал в некий класс. Я верю, что отличная школа и хороший класс и так далее, и всё остальное. Но выяснилось, что помимо того, что он оказался вообще в новых условиях, не мне вам рассказывать, что ээ Израиль - это одно, там Россия - это второе, Португалия - это третье и так далее, и так далее. И он оказался между двух огней. Да, с одной стороны, опять-таки то, о чём я сегодня говорил, новая система координат, в которой я должен обрести стабильность, ногой наступить на что-то, вошла в конфликт системой образования в двойных скобках. Дима, а могло быть иначе? Нет. Есть исключения, но они тоже исключения, подтверждающие правила. Мы, когда мы оказываемся в новой стране, давайте так, когда вы приезжаете в новый город, да, Ань, вы же не начинаете немедленно работать и даже сразу в музей не бежите, правда же? В новом городе вы принюхиваетесь, опять скажу это слово, в лавочку идёте купить себе кофе или там мороженое, я не знаю что, и так далее. Наш мальчик замечательный был лишён этой стадии, и он продемонстрировал ровно то, что должен был продемонстрировать. Теперь дальше. Сейчас я через вашу голову разговариваю с папой математиком. Да, это очень важный интересный вопрос. Я сейчас оставляю вообще возвращение в Москву. Для меня это, в принципе, красная тряпка, как вы понимаете, но я оставляю это. Да. Почему в принципе, умный, я уверен, что у вас достойнейший, умнейший муж, честное слово. Ну что же у него ума-то не хватает на такую простую формулу? Проще любой математической. остаться на второй год, как это называют на русском языке, или ещё год повторить, как это называют на нормальных языках. Угу. — Почему мы считаем это поражением, а не успехом? Почему это не успех? В моих глазах это успех. — А, ну я давно это тоже считаю, что это не может быть это не успех, но это точно не проблема. И я знаю, что многие университеты международные учатся по такой же схеме. Не допонял повтори ещё раз. Никаких проблем никто никуда не опоздал. Но вот со школой и как раз мой второй вопрос был, как сыну донести, что это тоже не страшно ещё раз пройти этот же год, ничего не получится донести своя, это для меня сложнее, чем говорить с мужем, допустим. — Аня, ну я Ну секрет прост, настолько прост, что вы сами знаете ответ. На самом деле — не получится ни в чём убедить сына, если вы не убеждены в этом, так же, как убеждён я. ничего не получится. Надо себя разрулить. Да. Почему я называю это успехом? Да. Успехом. — Угу. — Потому что человек прыгнул прямо, знаете, как в сказке, прыгнул прямо в печку. И в этой печке он не погиб. Фигурально выражаясь в данном случае, естественно. Да, он не растерялся, он не оказался в ситуации, когда школа говорит: "Всё, пусть уходит нафиг из школы". Он вообще ничего не понимает и так далее. Он адаптировался. Насколько он мог адаптироваться? Это успех. Разве это не успех? — Успех. А — теперь ещё неенене не подождите, подождите. Это ещё не всё. [вздыхает] А он оказался в условиях, когда после смены ээ языка иврит, который в ситуации, в которой вы оказались, и тем более, что вы были а где вы были недалеко от границы Ливана? Можете назвать шломе какой-нибудь на аре. Наре. На аре. Да. — На аре. Да. В не очень большом городе, как мы с вами понимаем. — Пока образуется среда твоего возраста, да? Тем более, что и русскоязычных очень много, да? Пока ты дойдёшь до точки, когда у тебя появятся ээ друзья ивритоязычные. Только пока ты ещё туда дойдёшь. Он, естественно, он туда не дошёл. Это было бы очень странно, если бы он туда дошёл. Очень странно, да. Потому что язык - это среда, как мы с вами понимаем. Он оказался в Португалии. В Португалии какой государственный язык, напомните, Ань, — португальский. Но его родители, прекрасные люди, чудесные, папаматематик, считают, что мы не будем учить государственный язык. То есть язык, на котором говорят на улице, который он слышит в лавке, ээ, я не знаю, в кино, э у так сказать сапожника и в бане. А учить мы будем английский, потому что мы придумали, что английский легче португальского. Ха-ха-ха. Они, как вы понимаете, из одной группы португальский, безусловно, не сложнее. Но дело не в этом. Да. Теперь дальше этот замечательный мальчик прошёл весь вот этот путь и оказался в точке, которую он точно сам не придумал. Аня, — может быть, даже вы него я всегда подчёркиваю, что это было наше решение, что мы, конечно, его спросили, но приняли решение сами. — Конечно, приняли решение сами. Ещё бы. Я ничего, я не брошу у вас камень, заметьте, что вы его приняли сами. Угу. — За что я не брошу вас камень, конечно, но камень по дыму, значит, булыжник, коррузия пролетариата. Это про то, что две страны вы поменяли, но привычку про второй год вы оставили ту, которая была у вас 4 года назад. Аня дорогая, вот тот факт, что вы не можете ответить мне на в общем, простой вопрос, и правильно, что вы не можете ответить, потому что ответа на него нет. Это ловушка. Это самое главное. Это самая главная красная лампочка, про которую надо срочно разговаривать с мужем. С мужем, не с сыном. С мужем. Да. Он же хороший мальчик. Хороший у нас или так себе? — Хороший мальчик. [откашливается] — Хороший мальчик. — А хороший мальчик, он же сын своих родителей, правда? — Да. — И если этот хороший мальчик сын своих родителей, он считывает маму и папу, тем более, что он взросленкий уже у нас, он же не может их разочаровать. А, да, я думаю, что он тоже оценивает. Ну, то есть он старается быть успешным или как както он старается — успешно. В чьих глазах, Аня? В чьих глазах? В родительских коди. — В родительских, потому что в Португалии нет ценности не остаться на второй год. Нету. — Нет, здесь такого нет. Вообще — такой ценности нет. Дети, остающиеся на второй год, ээ, в Европе, никогда не считаются неуспешными. Если они считаются неуспешными, нужно просто камень этот, который я поднял, кидать в директора школы. И вообще это просто, ну, это редчайший случай, потому что понятно, что у человека есть куча обстоятельств, по которым ему круто, круто прямо ещё раз повторить, ещё год повторить то, что он делает. Анечка, это, извините, что я вас так называю, но Анечка, да, ничего не могу поделать. Это не просто советски, постсоветская идея, что дети теряют время. Это идея каменного века. Почему он теряет время, если он останется ещё на год? Он приобретает время, приобретает, приобретает. Он спокойно находит новых друзей, общается со старыми и так далее. Аня, а, — а с чего мне ходжите, с чего мне начать? Потому что я пыталась поговорить, что вот если будет такая такой вариант, он категорически я не буду ходить в школу, не буду. — Пожалуйста, я вам расскажу. Начать надо вот с чего? С того, что вы поговорите с мужем. — Это я поняла. — А потом не до конца, поскольку вы всё ещё строите разговор с сыном, а без того, что без разговора с мужем не получится сделать то, что я скажу дальше. Угу. А дальше надо бегом, схватившись за голову, прибегать прибежать к сыну и сказать примерно так: "Господи, какие мы были идиоты". Запомнили текст? — Угу. — Боже мой, я не понимаю, сын мой дорогой, как мы могли так жить и такую чушь нести? Это начало разговора. Это начало разговора вызовет желание вашего прекрасного сына, дать вам по стакану воды. Ну, понятное дело, что слова можно заменять и эмоции тоже, да, и уровень темперамента. Но вы понимаете, какой месседж должен быть. Месседж должен быть такой, должен быть поступок, который заставит его поверить, что папа изменил точку зрения и мама за компанию. Да, это первая самая важная часть. Ну самое важное, ну самое, ну что мне рассказывать, как ещё раз, я уверен, что у вас отличная семья. А если отличная семья, то точно для мальчика 13 с по лет мнение папы очень важно. Ну что, нет? И мнение мамы тоже. — Ну мнение папы очень важно. Да, это правда, — да. Поэтому нужно разрушить эту историю. Разрушить. Это потребует от вас довольно серьёзной работы и серьёзных разговоров с мужем. Почему? Потому что через вашу голову с мужем разговаривать трудно. Он же не обязан поверить ээ в то, что я говорю. не обязан абсолютно. Более того, ему предстоит бороться с собственными стереотипами. Этот стереотип очень сильный. Я его очень хорошо знаю из своей школы, да, и из взрослой жизни. Я, конечно, его знаю. Но вот этот момент про то, что этот мальчик, ваш замечательный сын, он не тратит время, он его приобретает. Это те самые гибкие навыки. Это увидеть Португалию, это понюхать Португалию, это Порто прекрасный, это, я не знаю, и так далее, и так далее. Друзья, родители, новая жизнь и тд и тп. Я бы добавил ещё одну точку, конечно, но это будет жёстко. — Угу. — Ну, вы реально хотите вернуться в Москву? — Аа, я не знаю, но вот я бы не хотела именно школу менять. Я считаю, что — Оставьте школу. Оставляем школу сейчас. Ну и что? Убрали школу. Сложный вопрос. Не знаю. — Да ладно, что сложный-то. Ну давайте, хотите порассуждаем минуту? Мы, в общем, всё сказали, но минуту я вам ещё подарю. — А, ну так получается, что все последние 5 лет вся наша жизнь строится вокруг образования. То есть мы вот переехали, — а теперь за образование, что мы всё что-то, что мы всё поменяли, а что делать с образованием не придумали. Вы зачем? Вы зачем из России-то уехали в двадцать втором году? — А, ну компания мужа, которую он работает переехала. И — ну и что? Уехали бы, нашли. Землю бы целовали в Москве. Что вы уехали-то? [откашливается] — Хотели поменять жизнь. — Зачем? Почему в двадца втором году? Почему не в двадцать первом? — Ну, потому что случилось число, естественно. — Что случилось? — А это изменилось, Ань? А это изменилось? — Нет, не изменилось. Теперь смотрите, ээ, так, напоследок на подумать, я вам скажу, я не буду совершенно менять ваше мировоззрение и не полезу туда и так далее, — но есть один инструмент, но опять в этот инструмент должны верить вы. Это инструмент такой: мы не вернёмся в Москву. — Ну вот, мне кажется, вам такой веры не хватает. Наверное, — хватает, да. Более того, он опять-таки хороший сын своих родителей. Он говорит: "Нахрена я вообще буду интегрироваться, если папа уехал не из-за того, что армия РФ насилует детей маленьких. Не поэтому папа уехал". Папа уехал, потому что компанию перевели. Ну так нафига ему интегрироваться, если папа вернётся, если компанию обратно переведут? Ань, — а у него было такое ощущение в Израиле, я так понимаю, а вот здесь уже нет. Здесь ему нравится здесь он нас сын хочет здесь остаться и он хочет — Да, офигенная страна. Португалия. Израиль, кстати, тоже офигенная страна, когда войны нет, правда. Да, Ань, я понимаю, но вы услышите меня, да, что я говорю-то. Я не ругаю, я не влезаю в вашу личную жизнь. Я пытаюсь открыть логику человека 13 лет. Правда, да? Если есть шанс, что мы переедем обратно в Москву, откуда я начинал, зачем ему английский язык? Тем более, что он скоро в России будет запрещён, как вы понимаете. Зачем всё? Вот вам ещё одна история. То есть получается, сейчас я свожу всё вместе. Угу. — Первое, первое и главное, проверьте эту идею ещё раз. Я, к сожалению, не могу её поменять так тумблером. Даже если бы мог бы, не менял бы, потому что эта манипуляция так влияет на чужую жизнь. Но я предлагаю вам подумать о том, почему вся семья так ужасно боится ээ так называемого оставания на второй год. Ээ ещё раз я предлагаю вам точку зрения, в которой это его успех и ваш успех. Это возможность спокойно, на самом деле, смотреть вокруг, знакомиться, внедряться в эту жизнь там и так далее, и так далее. Спокойно. Идея того, что он куда-то опаздывает, вот если вы его проверите, если спрошу вас, я, ну, уже не буду, да, куда он опаздывает, вы также точно не найдёте ответа, потому что вы скажете: "Блин, а куда он опаздывает? " Никуда не опаздывает. Куда он опаздывает? Что такое? Да. О'кей. Первое - это первый блок. И второй блок свои взаимоотношения с бывшей или настоящей родиной. Это прямо очень серьёзная история. Как это повлияет? О'кей, если приходит мама с папой и говорят: "Слушай, мы были дураками, нам кажется, не обязательно говорить такой текст, и мы посмотрели на это иначе и хотим с тобой про это рассуждать. С одной стороны, а с другой стороны, мы не вернёмся в Москву. Точно. Ну всё, вы выиграли эту игру. Точно? Да. Но всё в ваших руках. Не в его, а в ваших. Хорошо, [откашливается] спасибо большое. — Да, действуйте, Ань, действуйте. Подумайте, подумайте. Я уверен, ещё раз. Я вижу, что вы прекрасная. Уверен, что муж ваш прекрасный. Ну, поговорите один на один вдвоём. Идите там что-нибудь выпийте стаканчик Порту, да? Ээ сегодня вечерком и поболтайте за этим стаканчиком. Ээ, о том, осём. Ладно. — Ладно. Спасибо большое. Черо спасибо. — Пока. Желаю вам удачи. Э, ребят, мы идём дальше. А вы пока, у вас есть секунды для того, чтобы подписаться на эфир, знаете, э, извините, подписаться на канал и лайкнуть эфир. Э такое бывает у меня, что 5 дней уже прошло, и вдруг э несколько человек на этой неделе такие были. Говорят: "Вау, я вдруг только что, э, понял или поняла, что я не поставила лайк". А имела в виду, да? Поставьте, ребята, это очень важно, потому что так нас находят, как вы понимаете, алгоритмы Ютюба и так нас находят другие люди. Вот смотрите, да? Только что, на мой вкус, не знаю, что вы скажете. Был очень значимый разговор, который не исключено, что может поменять судьбу человека. На самом деле это простейший по способ для вас помочь другим людям, чтобы кто-то это услышал, применил к себе, возможно, зашёл в рубрикатор, возможно, обратился на канал. Подпишитесь, ребята, и лайкните обязательно. Это оченьоченьочень важно. А-а, мы идём дальше. А дальше мы идём вот сюда. У нас Инна. Инна из России. Из России стала быть без

### [41:25](https://www.youtube.com/watch?v=JAWFuSQpF_E&t=2485s) Инна, Россия: «Как вывезти дочку, если папа против?»

камеры. Инна, привет. — Привет, Дима. Можно на ты, — можно на что хочешь. Поехали. — Отлично. Ну, прежде всего, — делу давай. — Да нет, всё-таки прежде всего очень благодарна. — Очень благодарна за всё, что ты публикуешь и за отвагу и честность. Да. А теперь — спасибо, дружище. — А ситуация такая, пыталась найти ответ в рубрикаторе и на канале. В основном семьи переезжают ээ вместе, папама. — У — я как-то не нашла м по крайней мере такой ситуации, поэтому и обратилась. — Давай. А сейчас я хочу переехать, э, в Сербию с дочкой, но мы с её папой в разводе. Точнее, мы, вообще-то, документально не в разводе, но мы уже давно расстались, живём отдельно. Она с ним общается каждый день, он живёт в соседнем здании. — Извини, пожалуйста, а сколько ей ещё раз? Что-то я прохлопал — 10. Ей 10 лет. Ага. И вот я сейчас хочу дождаться, когда она закончит четвёртый класс и переехать — в добрый час. — И, собственно, конечно, меня ждёт ждут разговоры а и с ней, и с отцом, аа и со своими пожилыми родителями, то есть много всего. Но штука в том, что мы будем в разных лагерях. Я не очень понимаю, как мне это всё преподносить. — Подожди, что такое в разных лагерях? Объясни. Не, — потому что, э, муж чтото муж там у тебя пропадает звучок иногда. Ага. — Останется, останется в России. — Ну, — не поедет с нами. — Ну, не поедет, слава богу, же бывший муж. Что-то — а в том, что он будет общаться — или будет или нет. — Ну — точно будет. — Точно будет. Будет приезжать, будет навещать. А, и я вот переживаю за то, как мне преподнести это дочке, чтобы у неё не было такого диссонанса, что папа говорит одно, у него вообще он вообще считает, что переезд - это не лучшая идея, вообще не понимает этого. Мои родители тоже. Соответственно, мама единственная, кто вообще приняла это решение. А как она это всё воспримет? Вот я сейчас просто не представляю как мне сделать так, чтобы переезд, интеграция были ей, по крайней мере, не так тяжелы, как это могло бы быть. — А почему мы ждём того, что это будет тяжело для неё? Ой, потому что, а, когда-то я уже с ней немножко разговаривала на эту, — и она настолько не принимает эту идею, такая домашняя, такая привязанная к семье, ко всем, к подружкам, к школе и тому подобное. А что у меня прямо мне всегда больно даже с ней об этом разговаривать. Ин, давай так. Вопрос прямо так резони меня вопросом. Всё, ситуация более-менее ясна. — Как мне с ней общаться? — В смысле, поговорить об этом? — Пока нет, потому что я сейчас за границей, решаю тут все эти вопросы, подготавливаю аэродром и скоро приеду. — Ну — и у меня будет разговор с ней, соответственно, я к нему готовлюсь. А поговори со мной, поговори со мной по-простому. Давай тогда. А что вы уезжаете? — Потому что я не могу и не хочу жить в этой новой реальности. — Я Так, о'кей. Э, внимание, сложный сейчас будет вопрос. Это не то, что я сейчас наталкиваю тебя на ответ. Почему нельзя так или иначе ей об этом сказать? Просто выбрать слова. — Можно. — Так, — можно. Она может спросить: "А почему папа может и хочет? " — Так, Иночка, сейчас будет сложный момент этический. Я не говорю, что это надо спрашивать. Давай проверим просто друг с другом. А почему папа может и хочет? — Ну, видимо, для него это нормально. Так, идём дальше. Давай, давай дальше. Что говорит она по твоему сценарию? Ну, из твоих опасений, да? Что она говорит дальше? Видимо, для него это нормально. Так, — может быть, если папе это нормально, то и для тебя это может быть нормально. Почему мы не можем остаться? — Твой ответ? Ты же понимаешь, что я дальше буду делать, да? Слишком прозрачный приём. Ну — нет, не может. — Что не может? — Для меня это не может быть нормальным. — Почему? — Потому что я у меня есть свои ценности, у меня есть свой взгляд на жизнь. — Отлично. Вот хорошо. — У меня есть свои потребности. — Вот хорошо. — А и тому подобное. Поэтому для меня это ненормально. — Мы не обсуждаем вопрос, что мы обсуждаем вопрос, как таким образом. Правильно. А мы не можем здесь остаться. Ну только что ты дала абсолютно понятный для меня ответ и понятный ответ для человека 10 лет. Вполне себе. А потому что у нас другие ценности. Смело говори. У нас, у нас в семье, да, надо разрулить про понятие семьи. Почему семья - это вы вдвоём, не а не вы втроём? Да, пожалуй, для неё. Да, потому что она воспринимает нас всё-таки как одну семью. — Почему? — Давай. — Потому что, наверное, она каждый день видится с папой. Она не так уж его отделяет от нас, потому что он очень много участвует каждой повседневно в её жизни. — Это так вы решили с ним. Так, как бы это было ваше решение совместное. — Да. — А с мужем ты разговаривала уже? — Да. — И что он говорит? Он говорит: "Мне эта идея не нравится". Угу. — С другой стороны, я, конечно, не могу сказать тебе: "Нельзя, не могу тебя запретить. Твоя жизнь, у тебя своя жизнь, у меня своя жизнь". — Но ему очень не нравится. Ну, он просто он протестует чисто по-человечески, что вот меня отрывают дочку, я её так люблю. И вот как же так? Что эмоционально? — О'кей. Он вменяемый у тебя вообще? — Ну, соусоу. — Ну, соусоу или соу? Ну, подожди, просто я тебе скажу. Я скажу тебе, почему. Я всё тебе все карты тебе открою, если он — прав соусоу. Потому что действительно очень — мм как сказать, персонаж такой, э, травмированный очень сильный. — Не, я не про то. Нет, и нене не Ин. И ин, ин. Я понимаю, что про бывшего мужа очень трудно говорить хорошо. Я совершенно не это имею в виду. И правильно. — Я могу и хорошо. — Нет, ну это странно, потому что если бы ты стал говорить о нём хорошо, какой он прекрасный, я бы задал тебе вопрос: "А что вы расстались вообще? " Нене не, я не про — Нет, просто по поводу вменяемости нам очень сложно разговаривать. — По поводу вменяемости это следующее. Вот если ты ответила бы мне да, давай я станет понятно, что я имею в виду, я бы тебе сказал: "Поговорите с ним". В этой ситуации, если ты сообщаешь, что вы уезжаете точно, тогда вы вместе ведёте разговор о том, как сделать этот переезд для вашей общей дочери максимально комфортным. Да. Вопрос он будет сотрудничать или нет? Да. Вот. — Угу. — Это променяемость, то, что я спрашиваю. Если да, но тебе надо понятно, что сейчас, наверное, ты не решишь за секунду, тогда с ним можно про это разговаривать. И тогда можно ставить, не ставить, а вместе искать какие-то новые предлагаемые обстоятельства, как они будут договариваться и так далее, и так далее. Это один из очень крутых вариантов в той ситуации, которая есть. Не очень крутой, да, но это один из крутых вариантов, потому что тогда папа не говорит: "Мама коза, что она тебя увозит". А папа говорит: "Мама так решила, мне жалко имеет на это право, что ты от меня уезжаешь". Но 1 2 3 4 5 это хороший вариант. — Да, конечно, это желательный вариант. — Отлично. Подумай, подумай. Если ты решишь, что этот вариант рабочий, тогда ты уже знаешь, что делать на самом деле. И тогда всё довольно просто. Ты сообщаешь ей, что вы уезжаете, что это твоё решение, ты говоришь про там ценности и так далее, и так далее. А дальше вы разговариваете с папой желательно втроём на эту тему. И заняты вы не тем, уезжаете вы или нет, и не обсуждением её страданий на эту тему, а обсуждением того, как будут устроены их отношения после вашего отъезда, да, как они будут связываться по телефону туда-сюда, и всё, все прекрасно, все сказать в лучшем виде выходят. Если ээ он говорит тебе: "Нет". Это прямо важный момент. Ну, обсуждаем это или нет? Или это нереал? — Обсуждаем, потому что это очень возможно. — О'кей. Тогда я не знаю и не говори, пожалуйста, страну, в которую вы собираетесь уезжать. Не хочу тебя светить, на самом деле. А тогда уезжай просто, Ин, уезжай. Посмотришь заодно, как дела. Потом решишь возвращаться или нет. Потом не вернёшься, потом объяснишь про ценности дополнительно, потом поговорите, потом из другой позиции будешь договариваться с ним. Тогда получается, не стоит пока говорить с дочерью. До, — если это второй вариант, стоит очень хорошо подумать. Смотри, с дочерью говорить. Давай-ка я объясню сейчас кое-что. Ну, я думаю, что ты уже поняла, поскольку мы в личном разговоре, да, мы ещё и видим друг друга, сын, понимаете, да, в отличие от вас, да, поэтому чуть лучше, возможно, мы друг друга понимаем. На всякий случай я объясню это всем. Слушай, нет ничего хорошего в том, чтобы вывозить ребёнка полутайно. Ничего хорошего в этом нет. Мы находимся в ситуации, и ты находишься в ситуации, когда приходится взвешивать две очень плохие опции, но одна из них точно лучше. Да, отъезд, я имею в виду, это вообще не просто не идеально. Я, ну, тебе не передать, насколько я не в восторге. Теперь надо ли обманывать ребёнка? Нет, обманывать ребёнка не надо. Думаю, что должен так или иначе между вами разговор состояться. Думаю, что ээ тебе нужно оставить большую часть решений, когда вы приедете на ваше совместное решение и на её решение, иначе получится манипуляция, да? То есть, условно говоря, если ты всё решила, ну там, я не знаю, что без чего нельзя, но тем не менее ты решила, где вы живёте, какого цвета у неё кроватка, в какую школу она ходит там и так далее, это неправильно, особенно во втором варианте. А вот если действительно вы едете ориентироваться вместе и проходить вместе этот кусок, и у неё есть сей, право принятия решения и так далее, о'кей, тогда это давление облегчается, я думаю. Так, мне, кстати, в чате пишут совершенно верную вещь. Пишут, что если пойдёт по жёсткому сценарию, то бывший муж имеет право не давать разрешения на выезд. — Да. — Отлично. — Поэтому, если ты не уверена в первом, мы тебе совет, иди вторым. Да, сложное решение. Сложное, но нужно — сложное, потому что тут действительно фифтифифти. Слушай, если — он может, да, он такой человек, он может просто при виде бумаги, которую надо подписать, просто в последний момент вспыхнуть и передумать, решить, что угодно. — Иди вторым. — Иди вторым. Ээ, я скажу тебе в чате тоже, я тебя озвучу. Да, вот пишет сейчас человек какой-то, не знаю, к сожалению, имя, не могу прочесть понику. Для дочери это разлом и травма на всю жизнь. Не знаю, имеется в виду первое решение или второе. Нет, не факт. Для дочери это очень серьёзное, очень серьёзное событие в жизни. А дальше всё зависит от того, насколько мудры будут родители. Вот слово вам даю. Это, безусловно, ситуация очень сложная для девочки 10 лет. Но если рядом с ней мама цельная и мама понимает, почему она не может остаться, почему она уезжает, почему она вынуждена поступить таким образом и так далее, а, нет, это не ситуация вот того, что вы говорите, разлома, потому что возможно продолжение, возможно способ общения с отцом и так далее, и так далее. Так что вот так. Травма, ребята, это у детей в Украине. Вот у них травма у всех. Потому что это разлом. Потому что в этот момент жизнь детей украинских, где бы они ни жили, она измеряется периодом. У нас было детство до прихода РФ, и у нас нет детства после, даже если у нас самые лучшие на свете родители и делают всё для того, чтобы у нас это детство было. В этом случае, э-э, безусловно, есть шансы на то, что мы обойдёмся без травмы. Безусловно. И кто-то пишет это спасение дочери. Наташа пишет: "Да, я согласен с этой формулировкой". Ин. — Угу. — Ну что ты говоришь? — Что? Ну давай проговори. Давай я дам тебе ещё полминутки. Ну проговори сво. Ну вздох свой. Проговори словами. — Тяжёлое решение, конечно. Очень. — Почему? Почему? Я знаю. Ну, произнеси, — потому что оченьочень не хочется потом э иметь последствия вот этого разрыва дочки с отцом. — А почему мы просматриваем разрыв в этом? — Почему? Где среди всего, что мы сказали с тобой, среди всего, что я сказал, где там заложен разрыв? Хороший вопрос. Наверное, потому что если действовать по плохому, — да, — то между нами с ним отношения, конечно, будут ужасными после этого. Фак. — Он этого. — Слушай, ну дай я тебя поучу плохому. Сейчас я даже боюсь, что на меня обрушится весь чат и скажут, какой я манипулятор. Но поскольку я не манипулятор, и вы все это знаете, э-э, если я посоветую одну манипуляцию, и ээ то на самом деле ничего страшного не произойдёт. А вы обрушиваетесь. Ин, ну ты взрослая женщина, ну придумай, как его ээ обойти. Ну придумай. Ну ты взрослая, серьёзно взрослая, красивая. Могу всем рассказать, да? Потому что это вижу только я. Это удовольствие только моё. Ну придумай, извини, в этом случае как максимально оградить её и себя. Но как представить эту ситуацию без обмана, не обманывая напрямую? так, чтобы там не был заложен стопроцентный разрыв? Ну ты что? Я не буду тебя учить плохому, но я надеюсь, что ты сама ээ умеешь. — Ну что? — Да. Отлично. Отличный совет. что ты можешь поехать, ты можешь эту ситуацию представить разными способами. Ты можешь заложить в неё правду. Ты можешь сказать: "Я еду на разведку". приехала, а потом решила не уезжать". Ты можешь даже это сделать правдой, на самом деле, чтобы не было прямого. Есть варианты. Ну, есть варианты. Но в этот момент тот, кто написал ээ тот, кто написал: "Ты спасаешь ребёнка и себя". Кстати, на мой взгляд, я согласен с этим. Слушай, очень-очень хочется жить всю жизнь. чистыми руками, не обманув никого и так далее. Ина война, да? И я вижу тебя и слышу тебя. Я понимаю, что очень хорошо понимаю, э понимаешь, о чём я говорю. Не дали нам, не дали нам э так произошло, да, не получится уже, не получится э ээ с чистой совестью и так далее, и так далее. Не получится. — О'кей. Это единственная ситуация вот эта, в которой я, в общем, позволяю себе такое говорить, честно говорю. Да. Кто-то пишет хитростью. Хитростью, да. Хитростью. Вот, как ни странно, хитростью. — Спасибо. — Второй вариант, Ин. Второй. Если у тебя есть такие сомнения, второй вариант, а дальше придумай круто. Второй вариант. — Угу. — Придумай, да. И помни о том, что даже если я не вижу, что там это заложено так ужасно, но даже если ты испортишь отношения с бывшим мужем, это не закладывает обрыв в отношениях с дочерью. Ну только это будет у тебя в руках. И это правильно. Я рад, что это будет у тебя в руках в этом случае. Да. И вы решите, как они будут общаться, и будут какие-то условия, и будет какое-то обсуждение, и так далее, и так далее. И с дочерью говорить будет тяжело, потому что, ну, и я, ты знаешь, наверное, ты видела и читала и слышала. Я-то предпочитаю, чтобы решение, конечно, было общее с ребёнком, но у тебя ситуация другая. В другой ситуации будем заниматься. То есть потом уже постфактум можно с ней поговорить и объяснить, почему. — Да. И объяснять и объяснять, и просить прощения. Возможно, да. — Угу. — Да. Потому что в общем таком широком смысле есть за что. И ты попросишь, и ты объяснишь, и ты будешь очень много говорить про ценности, да, про то, почему нельзя оставаться с насильниками, почему нельзя, булерами. И она поймёт, она поймёт. Она дочь своей матери, она поймёт. Только надо успеть это сделать. Я правильно слышу, что вы, если всё будет хорошо, тфу-тфу-тфу, в конце этого года уезжаете? Тьфу-тфу-тфу. Хотелось бы в июне. — Когда у неё день рождения? — В декабре. — Успей до 11:00. Все разговоры успей провести до одинати, я тебя умоляю. Дада. Да, я хочу как можно раньше. — Не просто как можно раньше. Да, оди сделаем. В твоём случае мы делаем 11 с суперкрасной чертой. Не надо объяснять, почему. Правда, — можно напомнить. — Ну, ну я на я напомню тебе так называемый переходный возраст. Конечно, я тебе напомню, потому что в 11 лет есть огромный и в 10, в общем, да, но в 10:00 она ещё мамина дочка Ина. Да. А в 11:00 уже я, сказать, на улице росла, меня курица снесла. Да. Ну и так далее. Да. Успей до одинцати, потому что до 11ти все твои слова, извинения, объяснения будут звучать, будут падать на более мягкую почву. Всё, дорогая, тебе не передать, какого успеха я тебе желаю. — По блату говорю тебе, если тебе будет нужно, напиши, напиши напрямую, если будет внутри этой ситуации необходимость посоветоваться. Ладно, — спасибо большое. Спасибо тебе. — Всего хорошего. — Удачи. Ох, удачи. А давайте сразу дальше, ребята, с секундной паузой на то, чтобы поставить лайк и проверить, подписаны ли вы на канал. Вот это вообще непонятная мне модель, между прочим. Да, подглядывать из замочной скважины нехорошо, поэтому подпишитесь на канал, если вы не А Катя из ээ из Белграда. Да

### [1:02:24](https://www.youtube.com/watch?v=JAWFuSQpF_E&t=3744s) Катя, Белград: «Сын в игре нарушает границы»

— да, да. Катя из Белграда, — да. Дима, привет. — Привет. Как — можно начинать? Да, можно начинать. — Дима, спасибо тебе большое за все подкасты. Я весь декрет с рукой на на пульсе на этом подкастых. Начну. В общем, очень рада, что есть возможность обратиться с вопросом. Я сейчас во втором браке. Моему сыну от первого брака 4,2 года. У моего, э, мужа есть тоже сын от первого брата брака, которому тоже 4,2 года. — Класс какой. — Да, вообще они ещё похожи. И очень много говорят: "Это близнецы, близнецы". И в общем такая ситуация, да. — Э, моего сына зовут Тимур, он 100% времени живёт с нами. Э сына мужа зовут Даня. Он 50% времени проводит у нас, 50% у мамы. И когда мы все вместе, у нас происходят ситуации, которые повторяются постоянно. И я не уверена, что я правильно на них реагирую и что мой муж правильно на них реагирует, потому что они не заканчиваются. Я написала себе примеры, но в общем этот выглядит так, что э мой сын Тимур очень настойчиво хочет играть с Даний, и он ему предлагает разные варианты. Там давай сейчас побегаем в гонки, поиграем в самолётики, а вот давай там, не знаю, закарабкаемся куда-то. И Даня м умеренно отвечает на эти инициативы. Иногда присоединяются, иногда нет. Ну, в общем, так. Но выглядит иногда это так, что мой сын как будто не видит этого отказа и не может остановиться вовремя. и может начать переходить личные границы телесные. То есть он может, не знаю, например, они играют в самолётики, там Даня приземлился около куста, а Тимур он приземлится так, чтобы сесть на Даню. Вот. А потом там, не знаю, они бегают по квартире, и Тимур будет бежать так, чтобы плечом или как-нибудь, ну вот ладони, но немного Даню там зацепить. А в общем, при этом это не выглядит как агрессия. Вот видно, что он в такой вот в задоре вот в этом каком-то. Когда мы смотрим на это со стороны, то мы сами для себя не можем ответить, это нормально, то есть они играют или всё хорошо. Потому что иногда бывают такие ситуации, как будто вроде Даня ничего не говорит, ээ игра идёт, идёт, она может нарастать, то есть Тимур там уже может начать настойчиво щекотать Даню или ещё что-то такое. И в какой-то момент один из нас, либо я, либо муж не выдерживает, и спрашиваем: "Даня, тебе нормально? " Он говорит: "Не нормально". Да. И мы тогда прям говорим: "Тимур, Даня сказал: "Нет, значит, нужно остановиться". Тимур не реагирует на вот это ненормально. Он может начать продолжать, но если вмешивается взрослый, то тогда всё останавливается. И в общем ээ у нас как будто не хватает взгляда со стороны, обычная ли это ситуация между двумя мальчиками и двумя детьми. Ээ о чём мне можно говорить с Тимуром, чтобы он лучше понимал вот это вот. Нет, стоп, ненормально, не хочу. А о чём говорить Даний? Чтобы он, не знаю, защищал себя лучше, в общем, если ему ненормально, чтобы не доводил это до предела, а раньше говорил: "Нет, стоп, хватит". — Вообще отличный очень хороший инструментальный вопрос. Смотри, что мы делаем. Мы берём двух парней, да, берём маму-папуделируем ситуации. — Моделируем. Понимаешь, что это значит? Да. Мы на ты, да, я не Да, на ты Угу. моделируем ситуацию. Ну, то есть побежали, кто-то за кем-то побежал, кто-то на кого-то сел и так далее, и так далее. Да, моделируй. — Угу. — Мы договариваемся про стопслово. — Угу. — Да. Стопслово может быть мне неприятно, как, не знаю, у нас в школе всю жизнь, например. А может быть, просто слово стоп, а может быть слово ромашка. — Угу. — Да. Мы пробуем несколько раз в это поиграть. Прямо хорошо пробуем поиграть. Угу. — Да, мы с папой показываем, а потом у нас мальчики играют в это. — Прикольно. Так, понимае, — мы понимаем, согласен. И мы одного учим, что стопслово вынимают из кармана в ту секунду, когда мне некомфортно. Всё, для этого не надо никого звать. Есть просто слово ромашка, да. Есть просто мне неприятно. Есть просто что-то другого. А другое, да. А другого учим тому, что стопслово и есть железный занавес. Жх, да, который для меня на 100% ну является красным флажком, семафором, — да? Значит, мы только, смотри, им 4 с2, они маленькие, но они поведутся, Катя, всё будет хорошо. Поэтому в это надо сыграть много раз. Много, много. Потом отправить их играть одним, одних, да, и в бинокль смотреть из кустов. как это происходит, и помогать, и возвращаться к этому, и понимать, что чуваки в возрасте 4 с по лет, им нужны повторы для того, чтобы это понять. — Угу. — Теперь, если у одного из них, я забыл уже, кто у нас Тимур, кто у нас Даня, но неважно. Твой, твой это Тиму твой Тимур, да? — Если у Тимура не хватает механизма торможения, — предположим, намёк на это есть, но доказательств никаких нет. Ну, предположим, давай заранее мы скажем, — да? Мы говорим: "Слушай, дорогой Тимур, ну вы договорились про это, они примут это, как правило, игры. Некоторое время я буду играть с вами". — Угугу. — И бегать, Катя, и бегать с ними, и садиться друг на друга. Да, — Катечка, я ничего не могу для тебя сделать. Это вопрос шикарный. Шикарный, — но он инструментальный, ты понимаешь? Он инструментальный, он классный. Я тебе благодарен, что его задаёшь, потому что сейчас многие так жик-жик-жик и так и будут себя вести. — Угу. Стоп слово - это вообще тебе не передать, насколько это вообще святое дело, да? Такой каламбур получился. — Угу. — Это работает, Катечка, это работает с четырёх лет как часы. Вот просто я тебе гарантирую это. — В общем, мне ещё пока не отчаиваться. То есть это просто продолжать, продолжать, продолжать. — Почему отчаиваться-то? — Я не знаю. Ну как бы какое-то количество раз мы проговорили вот это. Мы не играли так. Это абсолютно точно. Это новое, то, что мы будем пробовать прямо на ближайшем. — Они умеют. Проговорили им 4 года. Они малюсенькие. Они Ты вообще понимаешь, что полтора года назад они говорить не умели? Ты сама это понимаешь или нет? Или два? — Нет, у меня дочка родилась 2 месяца, и те реально мне кажется великанами, поэтому. — А ты вспомни об этом. Ты просто вспомни об этом, — да, что вчера ещё, во-первых, это удивительный дар Всевышнего, что они разговаривают теперь, понимаешь? — Но то, что они разговаривают, не обманывайся. Это не значит, что с ними просто можно разговаривать словами. С ними надо играть в большинство вещей. И большая часть вещей в 4 года, Кать, сама не получится. То есть почему я вторым номером для усиления говорю: "Играй с ними". Ну и ты с мужем играйте с ними. — Потому что это модель работает. Модель, особенно в этом она вообще всегда работает, на самом деле, и с и со старичками тоже. Модель работает лучше слов, но уж в 4 года точно работает модель. Попробовали раз, попробовали два, попробовали три. Ты что не отчаиваешься? Кто-то пишет мне: "Э, у детей разный темперамент, да? У парней — да". — Ну и что? Ну что ж теперь набирать в группу в детском саду детей с одним типом темперамента? Нет, в этом вся фишка. Вот мы говорили сегодня немножко про рефлексию. Я вообще люблю вас, ребята, на тему рефлексии грузануть. Так рефлексия-то это и есть взаимодействие с человеком другим, например. Да, о'кей, у человека другой темперамент, я знаю, что с этим делать уже в 4 года. Он меня может предупредить и говорить: "Сейчас ты преувеличиваешь". А в другой ситуации он может потерпеть. Это норм. Потому что, если, например, они мутузят друг друга, ну, я не имею в виду, так сказать, до кровянки, извини, да, — и папа или мама спрашивают: "Вам о'кей? " И они говорят: "Нам о'кей, такое бывает и будет такое". — Им о'кей, всё в порядке. Люди имеют право договориться. Мы сейчас поборемся, мы сейчас побарахтаемся. — А если в этот момент один не отвечает? То есть мы спрашиваем: "О'кей". И Тимур обычно вот поднимает на меня глаза, такой: "Да, нормально". И ждёт ответа от Дани. И Даня может иногда не ответить. То есть продолжать договориться здание через вот эту первую модель, про которую мы поговорили, да? Как важно на самом деле, что может быть важнее наших с тобой границ, правда? И поэтому это с стопслово мы учим именно для этого. У меня появляется лёгкий инструмент. Лёгкий. Он для Дани новый. Он он лёгкий. — Угу. — Да. Этот инструмент очень простой. Осо Почему Даня поверит, что это инструмент простой? Потому что мама Катя поиграет в это несколько раз, — понимаешь? — Хорошо. Да — ты поиграешь в это, и он увидит, как это просто. Стоп. И, э, мама Катя обняла Тимура и помогла Тимуру тормознуть. — А теперь наоборот. А теперь ещё раз. А теперь давайте сами. А теперь побегайте, поиграйте. Смешно получилось. А теперь вот так. А, побежали. А давайте, а, в Lego. А туда? А, ну, стоп. Слово. Ха. Оп. Пошло. Вот так. Это игра. Это игра, Кать. Это игра. Это этот возраст классный, клёвый. Теперь ещё раз, как и всё остальное. Если в 4 года они не могут тормознуть сами, мы залезаем внутрь. — Ну я так же, как я с Айпадом. Меня иногда спрашивают: "У меня ребёнок не может тормознуть с айпадом". Ну так он должен смотреть iPad с тобой, что делать? И тогда вы вылезаете вместе. То же самое. — Угу. Дима, спасибо большое. Я прямо хотела какой-то инструмент. — Да, вот он. Да, давай [откашливается] действуй. Тот случай, Кать, тот случай, когда точно поможет ещё удовольствие получите, вместе ржать будете в четвером. — Хорошо. Спасибо большое. — Да. Да, — урашечки. — Да. — Пока. — Тампам-пам-пам. — Это, кстати, тоже верно. У меня пишут тут у меня такие двойняшки с разным темпераментом. Не обязательно им играть вместе. У каждого из них были свои игры и занятия. Да, но в данном случае Катя говорит нам, что они хотят играть вместе. Просто не очень умеют. Не всегда умеют, точнее. Побежали дальше. Э-э

### [1:12:25](https://www.youtube.com/watch?v=JAWFuSQpF_E&t=4345s) Денис и Евгения, Россия: «Как защитить от буллинга?»

Денис и Евгения из России, значит, опять-таки, без камеры. Сейчас будем смотреть, кто Денис, кто Евгения. А вот Денис, вот Евгения. — Слышно. — Так, ну-ка — слышно, — что — нас слышно. — Вас слышно, а некоторым даже и видно. Некоторые это я. — Прекрасно. Аа так, с какой мы проблемой? А-а, я брат, это мама, а-а, семиклассника Вовы. — Ой, первоклассника. — Первоклассника Вовы. Да. А-а, проблему мы заметили, наверное, сколько, полтора года назад, когда он ходил ещё в садике, что происходит некая проблема в виде булинга, аэ, со стороны и учеников, ну, либо одногруппников, если в садике, а, и бездействие со стороны педагога. Я как парень, который учился в этой же школе Угу. — Я знаю, что это такое. Я помню, скажем так, уже в более старших классах какой-то животный страх по отношению к агрессору и совершенно вот разочарование в учителях, в педагогах, которые, которым плевать просто на это. Они ничего не делали, они это игнорировали, не замечали. В начальной школе ещё как-то более-менее дети не настолько опасные и более безобидны. И как-то ещё с ними можно совладать. А когда становишься старше, класс четвёртый, пятый, это начинается уже и физическая э избиение, дуфлойды избиения, — а либо просто булинг какой-то толпой. — Мм и что с этим делать, я не знал. И сейчас вот я вижу, такое происходит с моим братом, то есть первый класс, вот уже начинает происходить. Педагоги либо совершенно не разбираются, либо всех под одну к ребёнку. То есть там кто-то кого-то зацепил, они там вот сегодня буквально у нас была история, приходит э ребёнок со школы и плачет. Говорит: "Как мне это всё достало? Меня там этот затирал, этот затирал. Я им дал как бы сдачи, и нам все написали замечание". То есть пока это такая безобидная, но ребёнок уже ребёнок расстраивается, уже ребёнок приходит со слезами домой и [откашливается] как-то прогибаться и с чтобы не получить морду. Ну мне не хотелось. — Нуно получишь в этой ситуации. Я расстрою вас. — Ну в чём вопрос-то? — Ну да. А что делать? как, э, ээ, как ребёнку дать, не знаю даже, что, как воспитать ребёнка в условиях, где а-а в условиях школы, место, где его должны как бы оберегать педагоги, они этого не делают. Мм, Денис, а вот вы сказали, что вы тогда, когда учились, не знали, [откашливается] что с этим делать, а сейчас знаете. задним числом. — Нет, я не знаю, я всё ещё — Нет, нет. — Ну то есть из каких-то нравственных правил, то есть, конечно, нельзя прогибаться, нужно давать какой-то отпор. Ну, в морду давать какую-то морду. Евгения, а вы знаете, — у меня Вова, о котором сейчас идёт речь, это уже третий ребёнок, третий сын, причём. И у меня с каждым сыном всё по-разному. А Вова, вот почему мы к вам и обратились, — потому что у нас споры по поводу этого, — когда я мы сейчас с Денисом начинаем вспоминать те советы, которые давала я ему, когда он был в школе учился, он говорит, он сейчас мне начинает объяснять, насколько они ну они не срабатывают без знаю. — Так — и многое я не знала. Какие-то моменты мне были известны. Порой подключались родители с папой. Папа тогда был с нами. Сейчас Вову я воспитываю одна. — Ну так что бы вы сделали-то, если бы вы знали? Если бы вы знали то, что вы узнали потом от Дениса, что бы вы сделали? Какой совет вы бы дали? Или не совет? А что бы вы сделали? — Ну, в зависимости от того, какой это возраст и какие это дети. — Возраст 7 лет. В 7 лет его избивают одноклассники. Я иду в школу, разговариваю с — школу. Они говорят, я сейчас просто поиграю в эту игру, Денис. Да, то, что вы сказали, они говорят: "Так, у детей так принято просто нормально, что они мочат друг друга, что — прекрасно. Очень даже хорошо. — Были у нас ситуации с Денисом, когда мы выходили на родителей, разговаривали, — вышли на родителей. Родители говорят: "Да пошли вы знаете куда? Парни должны уметь друг друга отметелись". — Да, всяко бывало. Что делать? — Разговаривали. — Что делать? — Поэтому мы к вам обратились. — Поэтому к вам, да, обратились. Что вы сделали задним числом, Евгения? — Ладно, — не знаю. — А у вас на работе начальник запускает руку к вам под юбку всё время? Что ваши действия? Бью по рукам, ухожу. Й, вы по одной бьёте, а он другую запускает. — Меняю работу. — Опа. — Почему вы не терпите, Евгения? Может, привыкнете? — Ну я понимаю, Дима, о чём вы говорите. — Это я уверен, что вы понимаете. Трудно не понять. — Ну — мы ээ мы к чему пришли? То есть, ээ, как бы нет, а я то есть Денис заявил проблему булинга, а я думаю немножко о другом. То есть вот у нас получается ребёнок в садике, там у него возникают проблемы, — он приходит домой и говорит: "А меня в мальчишке обижают, а он у нас маленький, слабенький, хиленький. Я за него переживаю ещё больше". — У Вова онкология а была. То есть он до 3 [откашливается] лет лечился, он слабее. — И ээ даже когда ему брат говорит: — "Давай сдачу", он говорит: "Так они мне — А дорога, а они меня ударят. " — Ну, ну он прав. Намного более прав, чем брат. И чего дальше? То что — сейчас приходим в школу. — Ну — подобной ситуации идёт в ЦДТ, центр детского творчества. — Там снова похожие. Такое ощущение, что это везде. — Нет. Я расскажу вам, я расскажу, что я про это думаю. Давайте я попробую обобщить Екатерину. На это у меня Евгения, извините, как раз есть ответ возможный. Первый опыт булинга закрепляет модель почти всегда. Да? То есть если мы с вами предположим, что он попал в ситуацию булинга в детском саду, например, дальше он это тащит за собой, знаете, до какого момента? Пока его кто-нибудь не защитит. Угу. — Я предлагаю вашу кандидатуру, Евгения, — а вставать и защитить. — Вставать и защитить. Это значит, на мой взгляд, как в вашем примере, не очень приличном моём, это встать и уйти. Это сказать: "Мы не остаёмся никогда в месте, где тебя обижают". А потом делать, что хотите, пишите в департамент образования камень на камте. не оставляйте, пишите о том, что учителя издеваются над детьми и делайте всё, что хотите. Но он должен знать, что мы не терпим эту историю. Почему совет Дениса плох, на мой взгляд? Потому же почему он плох? Плох совет просто бить начальника по рукам. — Да, нужно в первую очередь защищать себя, — да? Нет возможности сегодня, я даже задавать вам не буду этот вопрос, защитить себя законным способом. Нету. Поэтому дай сдачи появляется. Потому что если бы была возможность защитить себя законным способом, я бы сказал вам: "Господи боже мой, заявляйте в полицию". И всё. В полицию, да, детский булинг на эту тему можно заявлять в полицию. Я не даю вам это совета. Ничего не сработает, как вы понимаете, или в департамент образования. Поэтому первое, что мы делаем, мы уходим, мы забираем его из булингсреды. И он получает месседж, что это защита, это мы его защищаем, это мы не сбегаем, да? Это защита. И дальше, соответственно, мы принесём им всё, что мы принесём. Да, но, Евгения, смотрите, дальше что вы будете делать? Я не знаю. Может, вы пойдёте в другую школу, может, он пойдёт на семейную форму обучения. Но так получилось, вам Бог послал, как вы говорите, слабенького мальчика. Ну и что теперь? Мы же не можем его заменить. Он такой, да, может, кто-то другой дал бы в лоб и тоже неизвестно, что бы было, как вы понимаете. Потому что совет, дай в лоб, плохой, потому что он дал в лоб, сломал нос после этого детская комната, милиция и так далее, много чего бывает. Поэтому, на мой взгляд, идти надо всегда законными способами. Если закон не работает, защищаем себя человеческим способом. Человеческим всё равно. Вот что я думаю. — Смотрите, вот пока мы ждали своей очереди, смотрели эфир, я поняли параллельно тему такую. Мы живём в маленьком городе. Я вырос в этом городе. Я знаю каждую здесь школу. Я знаю многих ребят из этих школ. У нас здесь выбор сколько ещё? Ещё три. Ещё три школы, — допустим. — Ситуация везде, ну, плюс-минус похожая. Я знаю учителей этих школ, знаю директоров. — Денис, я вам приведу не очень, ну, тот же самый пример. Нет, лучше Евгения приведу. Вам не очень этично его приводить. Евгения, значит, начальник запускает вам руку под юбку. А у вас есть возможность ещё трёх мест работы всего в вашем городе. — И в каждом месте работы такое происходит. Что вы будете делать? Денис, это для вас пример. Что делать? — Если вот можно шёлку, если есть ещё три места работы альтернативных и мы точно знаем, что там такие же начальники, — что делать? — Переставать, я не знаю. Ну то есть очень интересно. Думайте, что делать. Ну что, в гроб ложиться? Думайте, что делать. — Работать надо. На какую-то вот работу идти надо. А альтернативу какую-то найти. Вот мы точно знаем, что альтернатива будет похожая. Люди — что делать? Давайте остаёмся в ситуации с женщиной. Что делаем? Делать что? — Не знаю. — А что? Не знаю. Плохой ответ. — Искать там, где тебе лучше. Да. И если я не могу найти Евгения, мне трудно представить себе ситуацию, что вы скажете: "Ничего, я потерплю". Да, вы будете думать, что делать. Вы откроете какой-нибудь ларёк, не знаю, и будете там что-то продавать. Вы, да, придумаете, но вы не пойдёте туда, где происходит такая гадость. Теперь с этим вашим маленьким прекрасным Вовой абсолютно то же самое. Мы уходим, мы должны его защитить. Законным способом защитить его нельзя. Я это понимаю. Я даже вопрос не задаю, но я слышу то, что Денис говорит. Уходим. Да, семейная форма обучения. Зайдите в группу. Давайте я вам скажу напрямую, редко говорю. Зайдите в группу Азбука поиска в Telegram. Азбука поиска - это канал, который открыли ребята ээ 3 года назад в продолжении программы, на самом деле, где люди находят друг друга в самых неожиданных городах. Может, там и ваш есть, вы не называйте, да, но на всякий случай. А-а, может быть, любой. И там можно написать запрос. Может быть, есть учебная группа рядом. Может быть, есть какая-нибудь маленькая школка, о которой вы не слышали. Может быть, есть маленькая частная школа, в которую он может ходить. Может, это не стоит больших денег? А может, ну, короче говоря, напишите, напишите. Да, сейчас нас слышат, на самом деле. Так, точно, есть люди, которые знают этот канал прямо сейчас в программе. Напишите. Но точно, ребята, железно. Первое, что надо делать, надо его спасать. Это же ещё и месседж. Ну что, ну не дай бог, Денис. Ну что, — я так понимаю, что у нас всё к этому ведётся, потому что у него проблемы-то не только взаимоотношениях и в обучения. То есть у нас вот вчера буквально разговор с учителем был о том, что вот он заканчивает первый класс, нам предлагают перевестись на надое, потому что ребёнок много болел, много наркозал. — Подождите секунду, Евгения, а что же вы не хватаетесь за это? — Вот я об этом и думаю каждый день. Так, а что тут думать? Вы убиваете, вы убиваете сразу нескольких зайцев. Да. Дальше я не знаю, что будет дальше. Вы мне скажете: "Я не буду влезать в вашу жизнь". Может, это бабушка, может, есть ещё такие же дети, и вы наймёте общую няню, тьютора, кого угодно. Но вы решаете сразу все вопросы, заодно ходите на спорт, делайте его сильнее там и так далее, и так далее. Всё в порядке. — На спорте тоже такие же, э- такой же булинг. По поводу — вы найдёте, ребята, вы найдёте. Вы будете искать и найдёте. — Уже очень сложно. — Вы найдёте, ребят. — Я поняла вас. Нам нужно искать и не останавливаться, пока не найдём то, что нам нужно. — Отлично, да, Женя? Отлично. Вот это я понимаю правильная позиция, да? Пока мы не найдём, мы будем искать. Нет варианта не найти, мы найдём. Если мы не найдём, да, и Денис, вы говорите, что такого спорта нет, значит, нужно поговорить с друзьями вашими и организовать детскую группу такого спорта, где люди друг друга не Подставьте слово, что они не делают. — Ну я голове подставил, да, спасибо. — Подставили, правильно. Я именно его я и имел в виду, это слово, — да. Вот что вы сделаете. Вот что вы сделаете, ребята. Вы чего? Но я категорически вот ответ на вопрос, да, завершая категорически вообще не советую оставаться там ещё один день. Да пошли они, подставьте слово, Денис, куда? Да с такой школой и с такой постановкой вопрос. Всё. Да, Евгения, последнее. Поскольку вы задним числом узнали, что происходило с Денисом, нам точно не стоит проходить-то ещё раз слово и правда и узнавать про это через 10 лет. Удачи. Действуйте, не думайте два раза уходите. Сначала тем более, что вам предлагают это уходите, а дальше ищите условия, как жить правильно. Ладно, — спасибо большое вам. — Пока, — до свидания. — Удачи, друзья. Э-э, я напоминаю вам, мои дорогие друзья, о необходимости отреагировать на эфир и поставить лайк и ещё раз подписаться, если вы не такого спорта нет. Идите в танцы. Абсолютно точно. Это правда. А вы говорите изменить сознание агрессор жертва. Да, вы правы, но оно изменится. Оно изменится, если поменять среду и дальше серьёзно этим заниматься. Оно, конечно, изменится. Оно, конечно, изменится. [тяжело вздыхает] Ээ ну что, дорогие мои? Даша из Германии

### [1:27:39](https://www.youtube.com/watch?v=JAWFuSQpF_E&t=5259s) Даша, Германия: «У дочки постоянные истерики»

ждёт нас, а мы её. Даша из Германии. — Здравствуй, Дима. — Я тебя помню, откуда? — Я была в феврале. Мы разговаривали про Зою и портал к бабушке. — Ну-ка напомни. — А мы говорили про то, что такое дом и как почувствовать себя дома в чужой стране, и как не грустить по бабушкам. Дочка говорила, что она хочет зайти в магазин, чтобы там был портал, и она говорила: "Я чувствую, что я не в своей стране". — Поэтому определяли, что такое своя страна. — Да теперь эта проблема кажется нам ерундой. Да что ты, ну-ка подожди, ну-ка похвали меня немедленно. Ерундой она вам кажется. Конечно, мы переслушивали не один раз этот разговор с мужем и думали, как бы нам это сделать всё нашим домом и почувствовать здесь дом. — А мы придумали, что мы придумали, чтобы у нас появился дом настоящий двумя ногами, в котором мы стоим в Германии. Да. То есть замечать что-то, что нам здесь нравится, что нам здесь, что нам уютно, что она делает нам здесь дом домом. — Да. — Э, ну, делаем, пытаемся. Ээ, стало лучше. Спасибо. — Так, — ну, — э, стало лучше, но каждый вечер она говорит: "Я скучаю по бабамдедам". М, это стандартная наша фраза, но как бы это нормально. Какой-то большой тоски я не вижу, и это хорошо, наверное. — Ну, это офигенно. — Но, возможно, — это всё ушло куда-то внутрь. М или это стало причиной того, почему я звоню сегодня? — Давай. — А у неё начались очень сильные истерики. — Ага. — Агрессия, аутоагрессия. громит дом, бьёт нас, царапает, кусает, бьёт себя, царапает себя. Ээ сначала в феврале это было каждый день, реально с конца февраля каждый день. Потом стала неделя такая, неделя сякая. Вот сейчас тоже бывает 4-5 дней спокойных, пару дней её бомбит, бывает неделя спо — бомбит как? Ну, подожди, ну-ка расскажи мне, сколько Зои, во-первых, лет — с полных лет. Вот — шесть полных лет. Угу. Да. Так, ну чего? — М — что она, что вы? Вот давай чуть подробностей. — Ээ ну м она начинает злиться. Во-первых, причины этого всегда такие примерно как будто вот так бывает в 3 года. Вот когда банан должен быть целый, а он разрезан пополам и уже ничего эту ситуацию не спасёт. Всё. И вот начинается. — Давай ещё пример, кроме банана. — Она хотела первое нажать на кнопку. Она не хотела, чтобы — задним числом, да, говорит она: "А почему ты нажала на кнопку? Я хотела быть первая". Так, — да, она хотела мы ей помогали завязывать какой-то шнурок, она попросила, но в итоге е надо было завязать не так или не надо было завязать вообще. Всё, её взрывает. — Ну, а ещё, ну, условно вот что-то пошло не так, как она думала. Или, например, она что-то хотела сделать, а этого сделать нельзя. Это невозможно, это не получилось. Она хотела дорисовать в садике, но времени на это не было. Мы её предупредили, договорились, что сейчас 1на минута и мы уходим. Ей не хватило, она хотела, и ещё началась истерика. Но это такие причины, которые более-менее имеют основу. Есть причины такие, ну да, нет, я не про это. есть. Например, она проснулась, открыла глаза и говорит: "Я злюсь сейчас". И пошло, поехало. И мы такие: — "Что? Куда пошло? Подожди". — Начинается истерика. Она начинает всё разбрасывать. Она начинает пытаться бить нас. Всё начинается. Ну вот то, что мы — проснулась и поехали. — Прямо проснулась, открыла глаза — и сказала: "Я злюсь". Ну да, я тоже так думаю. Ну вот. А было ещё один раз было ночью. Просто она проснулась ночью, села, прямо проснулась. Это было не во сне. Ээ тоже сказала, не помню, что она сказала, что-то почему я здесь лежу. Ну то есть она спала где всегда, рядом с нами на своей кровати. — Ага. — И ночью это началось. И всё. Она билась, царапалась, кусалась. То есть буквально ничего не сделала. Ничего ещё не сделал. Вот. Как будто бы это что-то физиологичное. Я не знаю. Ну вот, когда мы с ней про это разговариваем, она говорила, что ээ у неё внутри как будто бы бегают все мысли в это время. М ну как будто бы какую-то тревогу она пыталась мне описать. Говорила, что вот я чувствую, что у меня всё беспокоится, — я чувствую такое — досрочный ответ. — Я ещё не задала вопрос. Да, с удовольствием. — Ну хочешь, задай вопрос сначала. — Нет, с удовольствием. Досроченный ответ. — Идём к неврологу. — Да. Ээ, знаю, — в Германии недостаточно оснований, чтобы пойти к неврологу. К сожалению, не дают мне в Германии направления к неврологу. — Ну, в смысле, — недостаточно оснований. — Не знаю, что может быть нужно что-то ещё наврать, чтобы мне Да, — Иди к другому, наври, иди к другому врачу. Подожди секунду. Но в Израиле, извини, в Германии существует разные системы. В Израиле в опять в Израиле. Откуда это выскакивает? В Германии существует ээ частная практика. В Германии существует ну много чего. Нет, разве — знаю. В Германии всё устроено так, что сначала ты идёшь к педиатру, и педиатр даёт тебе направление, без которого ты не можешь попасть к любому, любому другому врачу. Педиатр говорит: "Нет, — это правда, но исправь меня, может быть, я сейчас не прав". Но при этом, если это стоит денег, конечно, но на один визит в это в этом смысле может быть важен, но частным образом вы можете идти куда угодно, разве нет? — Ну, может быть, я подумаю над этим. А у нас было несколько психологов, но у нас с мужем не для Зоя. У нас ээ они сказали, что мы всё делаем правильно и всё нормально. И это та ситуация, когда мне не кажется, что то есть мне плохо и у меня болит, а мне говорят, что всё нормально. Нет, блин, мне не кажется, что это нормально. Мне никого нет. Более того, мне не кажется, что психолог - это врач в большинстве случаев, если это не клинический психолог. Это всё равно, что нет, я верю, что у вас хорошие психологи, но с этим же успехом можно посоветоваться с часовщиком, например. — Что часовщику, кажется? Тоже любопытно было бы услышать. — Слушай, я тебе скажу, да, что я думаю, поскольку ты описываешь картину, которая с которой ей тяжело, понимаешь? Да. Бог с ним, с вами. Вы взрослые. Я не знаю, что тебе тянуть кота за хвост, потому что это ситуация, в которой может быть, кстати, и бабушку назад тогда мы скажем с тобой, что причина была в этом. Может и так быть, но явно, если человек с утра начинает колбасить, понимаешь, на самом деле, — ээ и если человек ночью просыпается и не может собой совладать, более того, смотри, какая она умница у тебя, Зоя. Она словами пытается это объяснить и объясняет, в общем, слушай, симптомы довольно ярко для шестилетнего человека. Мне кажется, вообще, ну, надо просто, ну, просто мне кажется, что с моей стороны было бы самонадеяно туда лезть, честно. — О'кей. Есть тогда для меня какая-то рекомендация? Вообще наш вопрос был: "Как реагировать мне на это? " Потому что я понимаю, что нельзя наказывать, и мы не наказываем из-за эмоции, бла-бла-бла, но ты просто кончаешься уже в какой-то момент, и жизнь просто воспринимается как какой-то ад. И ты не знаешь, что ждать. И это очень сложно, как реагировать мне, потому что легко сказать: "Это в нашей семье не происходит". То есть, да, у нас такого не будет. Мы так не делаем, мы друг друга не бьём. Но это, блин, происходит, — да. Но именно это, Дашечка, именно поэтому я и посылаю тебя к доктору. — Угу. — Именно поэтому, потому что если я это моя гипотеза, я ведь смотри, ты правда хорошо понимаешь, что Дима Зицер, при всём нашем уважении к нему, может ошибаться. Это важный момент, я говорю тебе и говорю всем: "Ребята, спокойно". Конечно, есть ошибки. В этом случае я пытаюсь перестраховаться. Почему? Потому что я исхожу вот, э, из чего. Если она не может отреагировать на то, что ты говоришь, — то никакие мои советы тебе ей не помогут, понимаешь? — Потому что ты говоришь: "Мы друг друга не бьём". Так она бедняга и хотела бы не бить. Возможно. Да. Не может, понимаешь? И у меня есть вещь, которая в этом смысле меня тревожит. Это её ночные пробуждения. Да. Ночное одно ты сказала и утреннее. Да. Хорошо. — Утре. Слушай, это ведь значит, что это не реакция на ситуацию, понимаешь? Вот что тут, что — Да, как будто бы иногда, да. — О, теперь если это не реакция на ситуацию, мы с тобой, как заботливые взрослые, должны заподозрить, что что-то ей мешает изнутри. Что-то я совершенно тоже, даш, но я надеюсь, тебя не надо убеждать в том, чтобы к врачу ходить хорошо. Не надо. — Угу. — Да, надо. Да, мы понимаем, что хорошо ходить к врачу. Более того, как я всем говорю и тебе это скажу, если мы подходим к врачу и врач говорит: "О, я знаю причину". Это хорошо. Намного хуже, если ты приходишь к врачу, и врач говорит: "Ну, я не знаю, что происходит". Потому что тогда тебе надо копать дальше. Если врач знает причину, он с очень высокой степенью вероятности даст тебе мудрый совет, скажет тебе, что делать. Ну, как я, только в другой области. Да. Теперь в данном случае мы с тобой причину не понимаем. Но что мы с тобой понимаем? Мы с тобой понимаем, что это немотивированное поведение. Это говоря скучным профессиональным языком. — Угу. — Да. Немотивированное. То есть оно не вызвано чем-то конкретным, да? Человек просто среди ночи проснулся и пошло. Ей шесть, да? Ей не два, когда это, безусловно, может произойти? И в три может, кстати, понимаешь. — Угу. — Поэтому, мне кажется, давай посмотрим, что нам говорят. Нет, в чате, кстати, много про это пишут. Сейчас, подожди, подожди, может, нам дадут. В Германии можно к частному неврологу прийти, пишут люди. Угу. Частность с детьми тоже нереально, требует направления. Даже попробуйте от воспитателей что-то получить. Варик, кстати, — да? Ээ невролог Германии, врач. Да, безусловно. Та-та-та-та-та. Попробуйте пойти к другому педиатру. Конечно, да. Поменять педиатра ещё раз. Да, я надеюсь, что это пишут ээ люди на самом деле, что это пишут люди, которые живут в Германии. Кстати говоря, пожалуйста, гениальная идея, простая, просто как мычание в хорошем смысле слова. Запишитесь в Чехии к частному врачу. — Ездите в Чехию. — Что? В Чехию. А что? Где вы живёте? — Магдебурге. В Германии? Да. — Магдебург - это север- юг-запад-восток. — Это рядом с Берлином, недалеко. — Ну запиши, повторюсь, запишитесь в Чехии к частному врачу. — 2 12 часа, — да? Или рядом с Берлином запишитесь в Польше к частному врачу полтора часа. Это гениальная идея. Вот, ребят, спасибо, что вы есть, и спасибо, что существует чат. А по секрету тебе даже скажу ещё одно. Дешевле будет, — да? Это вообще не вопрос. — Ну, — ну то есть как реагировать мне сейчас, пока я записываюсь, пока я жду, пока мы это решаем, пока говорить котик мой дорогой, девочка наша злится. Ай-ай-айай, я тебя укачаю, мамочка даст тебе при — Я не могу, она колотит меня ногами в живот. Какой нету другого варианта. Это то, что ты говоришь, лишний раз подтверждает эту ситуацию. Нету другого варианта. [фыркает] Нету другого варианта. Ну нету. Вот каждое твоё слово, условно говоря, подтверждает ээ мой совет. Ну что ты хочешь, чтобы я тебе сказал? Свежи её. — Нет, я не знаю. Если бы я знала. — Ну смотри, ребёнок просыпается ночью, начинает с учить руками и бросать всё туда-сюда. Что делаем? Давай ты мне дай совет. — Ну это понятно. Сдерживаем его, чтобы ему было безопасно. — Всё. Ребёнок просыпается утром, делаем то же самое. У нас нет варианта. — А если это происходит где-то, на улице, не со мной, там, с воспитателем. — А что говорит воспитатель в этой ситуации? — М воспитатель максимально понимающая говорит, что мне жаль, что тебе так тяжело, ты справишься, ты всё делаешь. — Тебе говорит или ей говорит? — И ей говорит, и мне говорит. — А что делает-то? делает что воспитатель. — М, ну, обычно это начинается, когда всё равно я либо уже прихожу, либо уже пришла. То есть это с воспитателем, но и со мной. Ничего, я её стараюсь увести просто в этот момент. — Да, обнимаю её крепко, не даю ей, Дашечка, я совершенно тебе не Я не завидую тебе в этой ситуации. Ситуация трудная, но именно поэтому я тебе говорю: "Действуй, ты чего? " Да это смотри. Ну, Даш, мне не кажется, что у вас просто распущенная девица, которая так странно проявляет свою распущност. — Это точно не так. Естественно, это не так. Она уже сама этого стесняется, она сама этого не хочет. И когда она начинает про это говорить, ей хочется плакать, потому что, видимо, я уже передавливаю с этим, потому что я тоже этого не выдерживаю уже. — Правильно? Правильно. Я тебя понимаю. — Угу. О'кей. Так, а если мне три невролога говорят: "Нет, у вас всё в порядке, дальше я что делаю"? Не говорят тебе тре невролога. Ну я Даша, не говорят. — О'кей. Хорошо. — Если Но если это такие говноневрологи, к которым ты приходишь и говоришь, что у детей нервное пробуждение Угу. — и утром, и ночью, они говорят: "Да забей, что ты, господи, ну ты что? Ну где же таких неврологов найти? Это не тот случай, когда у неё ээ что-то такое надо корректировать. Это что-то значит. Это не может ничего не значить. — Угу. — Это что-то значит. И мы с тобой не знаем, что поняла. — Это п это плохое сообщение, хорошее сообщение, что есть профессия, которой люди учатся по 7 лет. 7 лет, Даша, — для того, чтобы нам с тобой помочь. — О'кей. — Да — ладно, — спасибо. — Дут. Мне очень нравится идея про Чехию, Польшу. Я прямо вообще Сделай это, Даша. Сделай, сделай. Я понимаю, что тебе было бы намного легче, если бы сказал: "Купи в таком-то магазине волшебную синюю конфету, и она её съест, и всё будет хорошо". Ну, котик, ну ты же звонишь, чтобы я тебе правду сказала. Ну, вот она. — Да, — спасибо. — Обнимаю. Удачи тебе и сил и действуйте. Пока. — Спасибо. Пока. — Так, ребята, а у нас буквально сейчас последний диалог, последний на сегодня, естественно. А я сообщение тогда успею взять. Это очень-очень хорошо. Ээ, загляну-ка я в чат. Как раз у меня такой. Я иду с опережением небольшим графика, не очень большим, кстати. А-э, да. Ну, здесь советы все, ребят. Спасибо вам большое за советы. Думаю, что Даша тоже на это посмотрит. Так, у нас разговор с Моной из Кёльна. Кёльн. Мона

### [1:43:00](https://www.youtube.com/watch?v=JAWFuSQpF_E&t=6180s) Мона, Кельн: «Разлад в семейном педагогическом подходе»

— привет. — Привет, Мона. У меня к вам вопрос. — У меня вопрос к вам. Скажите, моно, как в Германии записываются к неврологу детскому? — Очень. — Это честный вопрос, если что. Это вопрос без подвоха. Это просто я не знаю, вы могли не слышать предыдущий разговор, но вдруг вы можете помочь. — Я точно знаю, как это делается. Идётся сначала к детскому врачу и описываются все проблемы. Ээ детский врач решает, стоит ли эта проблема тобой или нет. Я иногда чуть-чуть всё преувеличиваю, чтобы наверняка, и тогда получаешь направление. Просто, видите, у нас был разговор. Вы слышали разговор предыдущий? Да — нет, к сожалению, я не слышал. — Предыдущий разговор. Просто человек, который живёт неподалёку от вас, но тоже в Германии, да, она говорит: "Проблема на лицо, на самом деле". Она говорит, что ей семейный врач сказала, что недостаточно улик. А там достаточно улик. То есть что ваш совет, короче говоря, преувеличь, Даша, — всегда, всегда — преувеличь. О'кей, я понял. Всё. Надеюсь, что Даша слышит. Нет, понятный ответ. Всё, Мона, поехали. Что делаем? — Так, на самом деле, я здесь уже второй раз. А, да, нет, да, я один раз была. — Ничего себе. — Дочку зовут Фридерика. Мы встречались сегодня. Ну-ка Фридерика. — Да. — А про что был первый раз? — Первый раз было про то, что её на детской площадке обижала лучшая подушка тем, что исключала из компании. И я хотела узнать, как поддерживать в такие моменты. — Поддержала? — Да, всё решилось. Теперь её подружка обижает только меня. Ну вы бы не звонили, вы бы не звонили второй раз, если бы, если бы первый не получилось, я понимаю. Ну хорошо. А вас как вас обижает? Прямо обижает. — Ну она по отношению к моей дочке ведёт себя несправедливо. Типа с тобой делиться не буду, моё нельзя. А дочка всегда Ну ладно. — А подружка не её, а подружка ваша, вы имеете в виду? Нет, — нет, это её подружка. — А, ну — и она по отношению к моей дочке несправедлива, но моей дочке всё равно, а мне обидно. Кому? Дочке всё равно. Да. — Да, ей вообще всё равно. Ну, не делишься и не надо. Не хочешь, ну, и не надо и не будем. — Ну, отлично. Так, Мона, мы же тогда наша задача была именно в этом для того, чтобы она вышла из этого, она вышла дальше, да? О'кей. Хорошо. Всё, поехали. Про что сегодня? — Так, сегодня у нас разлад в семейном педагогическом подходе. — О, господи. — Да. — Так. Я ээ считаю себя суперчувствительной, суперэмпатичной мамой, которая потребности ребёнка и так далее. Муж считает, что я таким образом взрастила дракона своей непоследовательностью. — Сколько лет дракона? — Дракона 4 года. — Ага. О, — 4 с по Ну пять будет в декабре. — Да. Даже дракон разговаривает словами: "Это я решаю, это моя комната, я так хочу" и так далее. Я, если честно, получаю от это удовольствие, когда она так говорит, даже если мне сейчас неудобно, но мне нравится её позиция. Муж считаю, что я непоследовательна. Вот и была последняя ситуация в отпуске буквально пару лет, пару недель назад, когда я решила: "Всё, черв сомнения закрался, надо звонить Диме, не знаю, что делать". — Э, значит, мы были в отпуске, девочка катается на самокате, самокат набрала всякого мусора с газона, ну, траву там землёй. пока гуляли в парке. Потом мы выехали в центр, и она стала в центре с ура, как круто разбрасывать всё это прямо в центре города. Ну, то есть мусор, трава, земля. — И муж говорит: "Так, остановилась, вернулась, собрала, потом едем дальше. Нельзя мусорить, так не пойдёт". — Ээ, она ему отвечает прямом, ну, прямо цитата: "Бла-бла-бла". И уезжает дальше, смеясь и на радостях. Ага. Вот он, короче, там остановился. Нет, Фредерика, то есть сейчас же вернёшься, а мы к большой компании, там её друзья, наши друзья. Нет, ты сейчас вернёшься, ты сейчас это будешь делать. Я понимаю, что ситуация накаляется. Я подхожу к Фредерике, говорю: "Доч, ну не получается, папа тебя зовёт, так нельзя мусорить в городе. Оно некрасиво, давай беру её". Она говорит: "Хорошо, я пойду, но самокат я вести не буду". Муж говорит: "Нет, ты будешь вести свой самокат, потому что ты решила его взять с собой". Да, я предлагал его не брать. Нет, я не хочу самокат. О'кей, я беру её самокат. Мы возвращаемся обратно, собираем весь этот мусор. Я говорю: "Доч, папу нельзя обижать. Он тебя звал, ты убегаешь. Это несправедливо. Он бы никогда от [откашливается] тебя не убежал. Бла-бла-бла-бла-бла". — Сама говорит: "Мона бла-бла-бла-бла". Так же, как Фридерика. Так, дальше. Это просто так, да, отражение. Ну — да, да. У мужа такая же позиция. — Да, я всё понимаю. Ну, даже не спрашиваю откуда, да. Ну, — и мы, э, она у неё была мокрая кофточка, она на фонтане играла, на мочила. Я говорю: "Всё, мы сейчас идём в магазин покупать новую кофточку, в мокрым ходить нельзя". В магазине покупаем новую кофточку и вдобавок ещё какую-то там что-то для волос какую-то ээ ну такую, короче, что-то неважное. И тут у мужа всё прорвало. Она мало того меня игнорировала. Она разбрасывала мусор, она меня ни во что не ставит. Так она ещё и подарки получает. на каком основании? Я как бы оправдываясь говорю: "Ну я же ей сказала, что папе было неприятно, мы не должны от него убегать". Нет, этого недостаточно. Короче, его позиция какова? Я всё-таки в итоге ушла с ним вдвоём от всех, чтобы поговорить. Его позиция такова, что надо было её остановить. Я говорю: "Ну, у неё была бы истерика. Пусть будет истерика, поплачет, успокойся, я поддержу, а ты своей непоследовательностью растишь вот дракона. Мона, — да? А у нас муж по-русски говорит, — да? — Придёт, если позову, — думаю. Да. [вздыхает] — Слушай, мы на ты или на вы? Я не помню с прош на ты. Слушай, Мона, — а возвращайся к с мужем, если он готов. Я тебе объясню, почему. У меня Я знаю, что сказать, да. Но ты понимаешь, и ты меня сейчас спросишь, кто прав, я или муж, ну, допустим, я тебе скажу, что ты, и что мы будем дальше с мужем делать, да? Просто я, так сказать, добавлю конфликта в твою семью. Ты придёшь, скажешь: "Азицар сказал, значит, что права я". — А он скажет: "Да, идиот твой Зицер, что ты этого хрена слушаешь, этого лысого вообще урода? И что? Ты ничего не выиграла, да? Вы на какую-нибудь тему поругались и так далее, и так далее. Я предлагаю следующий выпуск, если он готов, если нет, возвращайся одна". Ну то есть я готовы сейчас с тобой договорить, как скажешь. Но мне кажется, что мы попробуем с этим что-то сделать. Тогда и тогда муж что-нибудь скажет: "А ты что-нибудь возразишь". А я прямо: "Нет, что ты говоришь? " — Иди это была это идеально. Он точно придёт. У нас только проблемы со временем. Вторник, вечер, он всегда на работе. Нам нужно будет ждать его отпуска, который будет в августе. — А с работы он не может? Не может. Тогда мы три соединим на трёх. Невозможно, чтобы он вышел в сеть тоже. — Можно, я думаю, можно. На полчаса он точно смог бы выйти. — Ну что, да, полчаса это ты, конечно, раскатала, да, но 20 минут, да, на самом деле. Но иногда бывает и полчаса. — А, да, потому что мне совершенно не обязательно, чтобы вы рядом сидели. Ты чего? Пожалуйста, будьте, да, втроём. Я думаю, что это норм на самом деле. Ну, технологически это точно решаемо. — О'кей. Да, — ещё раз как скажешь. Скажешь, чтобы мы договорились сейчас коротко или длинно договорим, а потом в августе. А или скажешь, что Ну, решай всё, мяч на твоей половине. — Давай, ты мне коротко скажешь. Коротко, а потом ещё — А что ты будешь с этим делать? Я тебе скажу коротко. Хорошо. — Я перестану сомневаться в том, что, э, я ращу распущенного ребёнка. Я её распыщенной не считаю. У неё бывают просто очень тяжёлые фазы, где я прямо вешаться хочу. Я тебе скажу, — эти фазы 3-5 дней. — Скажу, Мона. Но тогда так я тебе скажу, но ты мужу тогда пока не говоришь. — О'кей. Ты сейчас изменяешь мужу со мной. Такая история, понимаешь, получается. Я тебе скажу, почему. Потому что если ты заранее скажешь ему ответ, то ему, в общем, не зачем сюда приходить, и он будет прав. Я его пойму. — Угу. — Я думаю, вот что. Я думаю, что принципиально в 4 года никаких особо распущенных детей не бывает. Хотя всякое бывает. Бывает уже, что человек берегов не видит, и это от чего-то происходит. Я думаю, что довольно большая и серьёзная история это про то, что мама и папа говорят разные вещи. — Угут. Я не из тех людей, которые скажут, что надо выбрать позицию и мочить её, например, как говорит папа. Я не про это. Но сам факт разных вещей ставит твоего мужа под потенциаль в потенциальную опасность. Его, а не её его. — Угу. — И я готов попробовать с ним про это поговорить, если он про это задаст вопрос. Э, в твоей истории есть много признаков того, что он залез на это высокое дерево совершенно напрасно. Ну, если ты понимаешь метафору, да, ну, типа, ну, я имею в виду, залез на дерево. Он по сути, ну, это я с иврита перевожу опять. Он залез на дерево, с которого трудно спуститься. Понимаешь, что это значит? Это значит, что он так высоко поднял планку, что дальше ему пришлось ээ ну наехать на тебя по поводу подарков. О'кей. Она была на первом этапе была готова, особенно если поговорить с ней иначе, не разбрасывать мусор. Потом она была готова собрать мусор, потому что она шла с тобой. Но каждый раз он повышал уровень, да? А нет, теперь ты везде сама самокат. Пап, ты что? Мы про самокат не договаривались. Тебе было важно, чтобы я собрала мужа. Э мусор. Нет, теперь хочу и самокат. А теперь хочу быть владычей морской, понимаешь? — Да. Ну вот такое, — да? А потом, знаешь, история, ну она облилась водой, и слава богу, что у вас есть возможность вынуть из кармана, я не знаю, сколько-то несколько евро и купить ей новую футболку. А что лучше бы она бы мокрая ходила? Ну так-то — не футболку он согласился. Вот этот маленькая штучка, да, что-то для волос какая-то. — Ну — почему ей что-то не нужно? Вот она захотела, и ты ей купила за какое поведение? Вот так вот. — Ну потому что ты дорогой. Ну опять я боюсь сейчас с тобой разговаривать, потому что не перенесёшь на него. Точно — не перенесу. Нет, — ну правильный ответ. Потому что ты, дорогой, покупаешь мне приятные вещи не за хорошее поведение, потому что ты меня любишь. Это такой простой, правильный ответ тебе, чтобы у тебя в кармане лежал. Мы делаем любимым людям подарки не потому, что они хорошо себя ведут, не правда ли? — Мы делаем любимым людям подарки просто потому, что они любимые. И в этот момент, особенно если мы говорим про маленькую девочку, малюсенькую, мона малюсенькую девочку 4х лет, малюсенькую, она расстроилась. Я купила ей заколку или что-то там ей купила, бантик, я не знаю, что. Ну, бантик очень хорошо. Ну да, о'кей. — Что она из этого сделает вывод, что каждый раз, когда она не собирает мусор, ей будут покупать бантик? Нет, — именно такой вывод сделал мой муж. — Что? моя муж. — Нет, она не будет так делать. Да, другое дело. Вот тут чат пишет: "Если Мона смеётся или унижает решение мужа при Фридерике, это пример неуважения. А ктом сказал, что Мона такое делает? " Из-за её рассказа вообще это не звучит никакой странной. Правда? — Нет. 100% я отчитала. 100% отчитала что-то. Это обидно, это неприятно, но у Мура такая же позиция. Ты отменила моё решение. Да, моё решение было: "Вернись и собери". А ты моё решение отменила. — Господи, а Мона, приходите нам всем на радость. Да, муж вообще в курсе, он слышал хоть что-нибудь, чтобы он был хоть к чему-то готов. А то, понимаешь, это как называется? — Не, он знает, что я буду звонить, потому что у нас прямо несогласие по этому поводу. — Ну он слы Нет, подожди, ну вопрос, у него есть какой-то опыт со мной минимальный? Да, да, я пере — Да, отлично. Пусть он поковыряется в этих самых, потому что, ну, иначе как-то, ну, с каким-то мужиком, а я же ещё бываю остёрный язык, понимаешь, да, и так далее, и так далее. Ну, в общем, — да. Ладно, Мон, короче говоря, если ты говоришь да, напиши, пожалуйста, по ссылке в описании эфира сразу, как только у тебя будет ответ от мужа. Да, Катя нас с тобой слышит. — Да, Кать, правда, возьмём мону с мужем ради такого дела, и народ не забудет, и как раз всем будет прикольно. Да, — третий раз. — Третий, но это будет не третий. Нет, это не считается. Этот не считается тогда. — Считается. О'кей. Хорошо. — Всё, прощаюсь с тобой. — Пока. Э-э, спасибо большущее, ребятки. Значит, так. Если вдруг по той или иной причине вы ещё не подписались на эфир, do it immediately. Э-э, немедленно прямо, да, перевожу. Подпишитесь, подпишитесь на этот канал. Я не случайно говорю, подпишитесь. Ну и лайкните, конечно, это самое простое. Это не в благодарность, мои дорогие, это в заботу о других людях в первую очередь. И напоминаю вам, дорогие друзья, понятное дело, что каждый раз с огромным, огромным трудом прекрасная Екатерина Мереминская выбирает шесть разговоров, понятно, что вас намного больше. Я напоминаю вам, что у вас есть возможность связаться со мной через Patreon. И это прямо круто и возможность удивительная, да, личного разговора. Так, ну что, сообщеница? А сообщеница давайте вот два попробую спеть. А сейчас подождите секунду. Это что-то у меня вообще не оттуда вопрос какой-то.

### [1:56:35](https://www.youtube.com/watch?v=JAWFuSQpF_E&t=6995s) «Стоит ли выбирать страну по тому, где лучше школа?»

Дима, привет. Скажи, стоит ли выбирать страну для переезда по принципу, где лучше школа? Дочки пока три. Наконец решились уехать. Есть ли страны, которые лучше не рассматривать вообще? Или хорошую школу можно найти везде, или, наоборот, есть ли страны, где сама система построена лучшим образом? Стоит ли рассматривать страны, где школа с 4 лет? Спасибо. Катя из России. Катя, во-первых, ээ я должен тебе сказать, что ты большая молодец. Давай на ты. Всё равно ты не сможешь возразить, да? Поскольку это сообщение ээ молодец, что наконец-то решились уехать. Мне кажется, что это круто. А прямо ответ на твой вопрос. Напоминаю вопрос: стоит ли выбирать страну для переезда по принципу, где лучше школа? Кать, на мой взгляд, нет, не стоит. Мне кажется, стоит выбирать страну для переезда по принципу, где тебе и твоей семье, кажется, будет более комфортно, приятно, возможно, есть знакомые и так далее, и так далее. Это верная очень у тебя постановка вопроса. Действительно, шансы на то, что ты найдёшь в разных странах приличные школы, очень большие. Ну, если ты не собираешься переезжать в Северную Корею, конечно, шучу. Ну, в общем, те страны, которые у меня в голове сейчас, ээ, ответ: да. Катя, смотри, вот про это тоже спасибо за вопрос. Это [фыркает] может оказаться важно не только для тебя. Ребята, а есть страны, где считают школы, начиная с четырёх. Я сам считаю школу, начиная с четырёх. Давайте я объясню вам, почему. Про себя мне очень легко объяснить. Потому что на самом деле бывает так, что сама коннотация понятия детский сад выглядит как камера хранения для детей. Родители ушли заниматься какими-то важными вещами, а детей сдали в камеру хранения, где они тусуются и так далее. Мне кажется, это крайне несправедливо. Мне кажется, что школа есть школа. И разница, если школа хорошая, ээ, между тем, что делают люди в 4 или 5 лет, и тем, что они делают в 7 лет, не столь велика. О'кей, урок будет устроен иначе, он будет чуть поменьше, но в любом случае это школа. Это школа, и это круто теперь. Но при этом и если мы говорим о хорошем детском саде, который не называется школой из-за определённой традиции в стране, хороший детский сад тоже будет выглядеть так же. Хороший детский сад - это место, куда дети приходят не потому, что родителям их некуда деть, а куда они приходят не зря для себя. Вот мы сегодня про школу говорили немножко в начале, да? Для чего? А нет, это я не с вами говорил. Извините, извините. Это у меня перед этим было выступление на конференции. Всё смешалось в доме Облонских. Но неважно. Мы произнесли, вы это хорошо знаете в очередной раз, что школа - это место, где мне хорошо и понятно и где я развиваю себя. В хорошем детском саду, на самом деле, и в 4 года это происходит. Так что, короче говоря, Кать, ищите для себя удобную страну, а потом напишите, и если нужна будет помощь, мы и школу найдём. Помните о том, что когда человеку 3 года, вы и есть дом. Спокойный дом для своей дочки. Вы и есть этот самый покой. Вы его олицетворяете. Где мама, там и дом. Кать, это очень-очень важный момент. Это тоже соединяется с моим вступлением сегодняшним о стабильности. Действуйте, едьте, школу вы найдёте точно. И я надеюсь, что выбор будет большой. Э, одно последнее на сегодня сообщение. А, я помню такое, но Да, да

### [2:00:22](https://www.youtube.com/watch?v=JAWFuSQpF_E&t=7222s) «Сын в лагере столкнулся с дедовщиной. Ехать ли еще?»

любопытное. Сломал кучу копий. Интересно ваше мнение по следующему вопросу. Сын 8ми лет. В прошлом году был в лагере. Специфика лагерь конный. В основном девчонки, мальчишек было мало, поэтому в палате жил совместно с девятилеткой плюс тринадцатилетним лбом. Ну, лбом по сравнению с восьмилетним, я так понимаю. Последний установил мелким правила порядка и раздавал им лещей за нарушения. Лищей в кавычках. Ну, оплевууху, короче говоря. Да. Мой воспитывается в условиях, где такое недопустимо. Сады школы частные, где подобное тоже невозможно. Он даже не понял, что столкнулся с классической дедовщиной. Насколько могу судить, этот опыт его не травмировал. Он воспринимал скорее как игру. Рассказал нам. Мы, не вовлекая детей, пошли разбираться. Руководство спустя рукава навело порядок. При этом в отношении с лагерем остался флёр, что это мы, ненормальные родители, которые раздули из мухи слона. Впереди новый сезон, новая смена. Ребёнок опять хочет в этот лагерь за лошадьми, а не за лещами, - пишет умный папа. Э и он прав. Учитывая, что сам лагерь не видит в подобном проблем, понимаю, что ситуация может повториться. С другой стороны, это получение негативного опыта в контролируемых условиях. Лагерь в целом приличный, кажется в скобках. Как быть? Может быть, это мои травмы сказываются на острые реакции и нежелание дальше сотрудничать с лагерем. Помогите разобраться. Спасибо за всё, что вы делаете. Да, спасибо. Антон из Москвы. Я скажу, Антон, в чём штука. Нет, мне не кажется, ваша реакция преувеличенной. Более того, вот вы говорите, что ваш сын воспринимает это скорее как игру. И я бы воспринимал как раз проблему, что ваш сын не считает это проблемой. Понимаете, какая штука? Потому что именно так происходит знакомство с нормой, нормой в кавычках и нормой без кавычек. Если бы речь шла о том, что ваш сын понимает, что есть проблема в этом, есть унижение, есть нарушение пространства, есть физическое насилие и так далее, то, пожалуй, волнения было бы меньше, потому что надо было бы просто мощно наехать на дирекцию этого лагеря, а может быть, на дирекцию дирекции, поскольку он проблемы этой не считает, но у нас есть с вами ещё одна задача, Антон. Надо бы объяснить ему, чтобы он очень-очень хорошо понял, насколько физическое насилие - это проблема, насколько это недопустимо, насколько вы, папа Антон, не готовы с этим мириться ни на одну секунду. А вот дальше после объяснения этого каким путём вы пойдёте, тут уж выбирайте, потому что есть на самом деле возможность, наверное, поговорить с администрацией, потому что если это единичный случай, это, безусловно, изменяемо на 100%. А и есть возможность сменить лагерь. Мне кажется, что это тоже вполне себе решение. Так что вот так. Желаю вам удачи. Антон- это важный вопрос. Спасибо вам за него, ребята. Теперь так. Увидел я ээ э-э тут флаг Эстонии и вспомнил, что надо ещё раз, может быть, в конце выпуска напомнить, что у меня будет выступление в Таллине [тяжело вздыхает] 4 июня и выступление в Нарве 5 июня. А ещё мы будем играть наш спектакль с детьми в Эстонии и в Латвии. А ещё много чего. А ещё будет Берлин второго числа, ещё будет Прага 30 мая. Это про май. Дорогие прекрасные, Кристина пишет последним комментарием в чате, последним на данный момент. Зрителей 800, лайков 500. Кто забыл лайкнуть? Присоединяюсь. Кристина, кто забыл лайкнуть, дорогие друзья, не дай бог, я совершенно этого не хочу, но вдруг вы зайдёте, а эфира нет, и вы такие: "А почему нет эфира на самом деле? " И ответ такой прямо из компьютера: "Потому что ты не лайкнул". Лайкнитеньте, друзья, подпишитесь, пожалуйста, на канал, а заодно приобретите Zitр VPN, помогите нам в Patreon, зайдите в рубрикатор и вообще давайте дружить и любить друг друга. Сил вам, дорогие, до следующей недели. Пока. — Любить нельзя, воспитывать, любить.

---
*Источник: https://ekstraktznaniy.ru/video/48981*