Миддлы в IT: вверх или вниз?

Всё, life. — Всё, сейчас должно появиться. Так, смотрим на моё красивое лицо. И на твоё красивое лицо. Да. Напишите в чате, что слышно и меня, и Тимура хорошо, и плюс-минус одинаково. А, и мы будем начинать — сразу с проблемы. Начинать. Давай. — Ну, начина. Как это? Проблема очень простая. Самое забавное, что у тебя проблемы нет, потому что ты давно за пределами этой цепочки найма. А у меня, несмотря на то, что я всё вроде как уже сколько, 21 лет в индустрии, но я всё ещё линейный инженер, у меня проблема есть. — Ты туда принудительно вернулся? — Ну нет, я хочу я хочу верить, что я туда вернулся добровольно. А не в смысле сам себя принудил? Да я в этом в этом. Ну то есть ты бы вообще за неё выскочил, если бы сам себя обратно не возвращал. — Да. Так вот проблема очень простая. Пришёл Аи, все бегают, суется, говорят, что Аи убьёт разработку. И действительно, я лично ощущаю это в Гитлабе. У нас массовая истерия, начиная с того, как у нас наконец разрешили и я инструменты. Массовая истерия по поводу того, что теперь менеджеры ждут от всех, даже начиная там от медлов, джунов и прочее, гиперрезультатов. А и раньше ты, ну ты, я мог сидеть спокойно, ковырять код и расти, получать хорошие оценки в плане оценки своего развития. И всё. Теперь — я до сих пор могу спокойно ковырять код и получать от этого удовольствие. — Ну вот. Но это опять же, я же говорю, это ты, а те, кто остаются в наме, они больше не могут. И у всех стрессовая ситуация, потому что все не понимают, что делать. Вот тебе проблематика. Вот зачем мы все собрались. И вот о чём мы хотим поговорить для и сейчас эту проблематику раскрыть немножечко детальнее. Расскажи, учитывая, что ты последнее время начал, а, тоже интересоваться и, судя по твоим постам, расскажи куда, как это, как ты всё это видишь. Ну, где-то я 2 года начал назад что-то пробовать. И примерно до прошлого лета меня очень сильно это раздражало, но я через силу ээ всё-таки пытался, ну, хотя бы один день в неделю программировать с этой гадостью. И она как-то вот, ты знаешь, прошлым летом примерно резко, я не помню точно когда и на какой именно модели это произошло, но, [фыркает] ээ, в общем, был пройден какой-то рубеж. Ээ, наверное, это произошло, когда я попробовал опус. Ну вот, мне кажется, что когда это когда всё-таки опус появился. Но какой версии? Хоть убей, не помню. Ну, где-то прошлым летом. Ну, в общем, когда он начал всё-таки что-то похожее на помощь мне выдавать. Э, но я постоянно, скажем так, где-то раз в месяц меняю свои подходы к программированию с искусственным интеллектом. Ну, они очень специфические. Я бы не сказал, что они годятся для какого-то энтерпрайса или продукта, потому что они очень сильно завязаны на мои особенности, на то, что я код могу писать только в Midnight Командере. И для меня свистоперделками кажутся все идее. Мне просто очень тяжело в них как-то сориентироваться. Но, ну, вроде бы для такого человека был бы кодекс с консольным интерфейсом самым, ээ, наверное, естественным, но почему-то у меня то ли, не знаю, как-то с ним не складывается, то ли я его недостаточно долго настраивал. В общем-то, я пока что пользуюсь на данный момент курсором, что ты, наверное, очень сильно ээ в общем не любишь. И, ээ, использую там кучу разных. Я его просто пользую как ээ агентскую среду, которая позволяет доступаться к файлам, ээ, обеспечивает доступ к скилам, к настройкам и ко

всякой, ну, код я в нём писать не могу и даже ревью в нём невозможно делать. Это просто ужасный интерфейс. Он див показывает рагульна. То есть он показывает вот эти вот, ну, типа зелёное и красное. Но ты же знаешь, внутри зелёного и красного положено именно само изменённое отмечать более зелёным и более красным. Вот он до сих пор не научился это делать. Это ужасно. И в общем, короче, но зато это есть в вс-коде, поэтому я иногда там смотрю, иногда там, иногда у меня ещё есть такая утилитка M, а иногда div смотрю. Ну, в общем, инструменты у меня очень специфические, а курсор я использую, потому что там очень большой набор моделей, и их не нужно по одной покупать и за всем этим следить. А ты пачкой их купил, ну, и пробуешь, то одно, пробуешь, что другое, пробуешь. И где-то месяц назад у меня произошла такая штука, что я, понаписывав скилы, научился с дешёвыми моделями типа тупого композера, там хайку и всех остальных вот этих вот мелких моделек кодировать примерно как с опусом. Ну, благодаря ээ благодаря настройкам, скилам, хукам, командам и прочим по идее. Но при этом я так и не научился, ну, как бы поднимать уровень опуса выше того, что я вот как бы, скажем, ну, обычно с ним, как обычно программирую. То есть он опус, что с моими скилами, что без него. Ну, там, не знаю, плюс-минус, может быть, там какие-то 5%, 10%, неощутимо. Ну, не на порядке. А вот когда с Сонетом, Sнеet у меня теперь программирует как OPС, только не придумывает какие-то себе ТЗшки. У опуса такая штука, он уходит в размышление и там всё поменял по проекту, а СнеТ что сказали, то и сделал. И вот эти простые модельки, типа там, которые дешёвые, да, они тоже вот как-то с скилы ему даёшь, и он программирует. Ну, как опус программирует. Ну, смотри, с твоими скилами или неважно, с не твоими скилами, означает ли это теперь, что условный джун, условный мидл с ты готов признать, что с условным опусом или даже с условным санетом теперь может делать больше кода? Больше. Давай так, больше пользы, потому что делать больше кода, это очень легко. Такая фигня получается. — Они все делают очень много кода. У меня же ещё есть, кроме онсорса, есть ещё кпиишные студенты, есть студенты на моих курсах, есть просто вот openсорсные, значит, контрибьюторы, которые начали приходить и делать мне пулреквесты на тысячи строчек кода, которые вообще невозможно понять и отследить, что там, ну, какой-то нейрослоп заливают прямо в полреквест и ожидают ревью ээ всего этого. этого дела. Ну, это, на самом деле, даже с такими бородатыми программистами произошло. Ээ мы же видим, что Маттео Калина тоже, значит, залил. Ты видишь, какое огромное количество строчек кода. Сколько там было, я уже забыл, там — 20. 000, — да? 21. 000 строчек ко или 20 или 21. 000 строчек кода. Ну, конечно, нужно сказать, что из этих это он сделал in memory файловую систему. Это очень, конечно, нужная штука. Я её сам хочу, но вот если я бы её руками писал, ээ, конечно, я бы потратил на это, наверное, полгода так, чтобы хорошо это сделать. Но, ээ, может быть, сначала бы у меня и было 20. 000 строчек, но я бы потом его сокращал, сокращал. И в результате вот мне бы хотелось, что вот примерно я себе всю эту задачу так описываю где-то не больше 4. 000 строчек кода. Она не должна быть, ну, это ты вот это вот в начале написал, но я тебе расскажу, как это выглядит с точки зрения бизнеса, причём — бизнеса на любом уровне. То есть начиная от банальной аутсорсинговой компании, которая снимает квартиру вместо офиса, заканчивая компаниями масштаба Амазона. Типа, да зачем сокращать эти, господи, пусть будет 20. 000 строчек, а не четыре. Главное, теперь ты можешь шипить, ты можешь накатывать всё в продакшн. И это означает, что с таким в такой философией, давай сейчас опустим все эти вопросы надёжности и прочее, а у тебя есть два варианта. Ну или тебе нужно

больше задач, а больше задач внезапно в нашем мире из ниоткуда не берётся, или тебе нужно меньше людей. И всё просто. Мы сейчас видим, как под под шумок всей этой аи истерии людей увольняют. И причём эта истерия достигла каких-то неадекватных масштабов. Недавно производитель очень пафосной экологической обуви заявил, что они теперь будут продавать железо для яишек, и их акции выросли на то ли на 300, то ли на 500%. — Ходить будем босиком, это понятно. Да. Вот так. Вопрос. Вопрос, собственно, что поговорить. Вот интересно твоя точка зрения. Что делать, собственно, чтобы А давай так. У меня есть анекдот, как всегда. А знаешь, когда по тайге идут чукча и геолог, вдруг за ними начинает гнаться медведь. Чукча начинает одевать лыжи. И геолог говорит: "Это бесполезно, ты не сможешь бежать быстрее медведя". И Чукча говорит: "Мне не надо бежать быстрее медведя, мне надо бежать быстрее тебя". Вот огромное количество людей ощущают себя вот в этой ситуации, когда фактически сзади идёт грозный медведь увольнения. Причём, я вам скажу спойлером, менеджер ощущает себя точно так же. К ним приходит сверху разнарядка и говорят: "Тебе нужно сократить 20% сотрудников и хочешь не хочешь твои проблемы кого? Сам решай". И более того, уже есть инструменты, которые позволяют заниматься и календарным планированием, и там декомпозицией, и созданием там ТЗшек и всего остального. Ну, то есть, короче, менеджерская работа тоже частично оптимизируется. — Ну как это? Давай так. Я прекрасно думаю, как это. Поставьте в чатик плюсик, если вы испытываете лёгкую классовую ненависть к менеджерам, поэтому мы про них не будем говорить. А как это? И поставьте два плюсика, если вы сами менеджер. А, и, а, проблема в другом же. Проблема в другом. Что делать? Как сделать так, чтобы э-э не чтобы не — всё это не с — Давай так будем откровенны, чтобы уволили не меня, а тебя. О'кей. Ну, я сначала хочу важную для меня сказать вещь. Потому зачем я всё-таки вылизываю этот код? Зачем я его там улучшаю, оптимизирую? Зачем я его уменьшаю? Вот мне нагенерил, допустим, искусственный интеллект, ээ, там, если бы он не нагенерил вот так вот, как матео 21. 000 строчек кода. Почему меня это не устраивает? Потому что это сложность, а сложность нужно уменьшать для того, чтобы код был поддерживаемый. Ну, завтра кто это всё будет вычитывать, искать в этом ошибки? Ишка. — Иишка. Ну, слушай, а послезавтра она принесёт ещё 50. 000 строчек, а потом она принесёт 100. 000 строчек кода? Да пофигу. Это же будет послезавтра. Это об этом будет думать послезавтра. Захнётся. Она сама захлебнётся в этом всём деле. Ну, то есть она же работает примерно по нашему. У неё есть тоже пределы когнитивных способностей. И я всё-таки себя ощущаю, скажем так, надёжно, когда ээ я управляю ишкой и когда я понимаю весь код, а она видит какую-то частную задачу, её решает. А когда у меня уже нет контроля над кодом, я такого такой ситуации не хочу. И поэтому я его сокращаю и заставляю Иишку сокращать код и улучшать его качество и, значит, декомпозировать его там как-то перебрасывать там из класса в класс методы, значит, всё рефакторить так, чтобы это чтобы когнитивную нагрузку как можно уменьшить. — Но смотри, сейчас я прямо на как это наглядная демонстрация, как любят программисты на уточках. Сейчас — у тебя есть утёнок. Лучше. У меня есть два утёнка. У нас есть вот утёнок, причём внезапно, с логотипом меты, а, который занимается тем, что тупо фигачит таски и не заморачиваясь на красоту кода, не заморачиваясь на что-то. Есть второй чёрный из Новой Зеландии, подаренный как раз моим менеджером, который вот занимается той стратегией, которую делаешь ты. Внимание, вопрос. Как ты думаешь, кого из них, когда придётся увольнять, уволят первым? [вздыхает] Ну, короче, который более тупой и ничем не заморачивается

заморачивается, — ты не поверишь. Нет, — наоборот. Да ну, по — Да, потому что тот, который тупой, не заморачивается, он занимается тем, что он показывает результат. Он пашет. Он на каждом дейлике, на каждом, а, на каждом этом рассказывает, как он что-то сделал. А этот приходит и рассказывает: "Я сегодня наводил красоту в задаче, которую я делал вчера. Надо уволить всех, кто увольняет. Они просто не умеют увольнять, правильно? Надо сделать такую атмосферу в компании, чтобы неправильные люди сами уволились". Понимаешь? Пока ты будешь делать атмосферу, знаешь, как это? Пока, а как это, пока толстый сохнет, худой сдохнет. Я буду откровенен. Это правда, да? Ну, короче, что делать людям? Да, да. Что делать программистам? Вот я, понимаешь, я сейчас серьё я не преувеличиваю, то есть от я немножечко, совсем немножечко гиперболизирую это в разрезе себя, но я вот прекрасно понимаю, что та же ситуация, рано или поздно в Gitlab, акции которого упали там на 54% с начала года, по-моему, а придут сокращения, потому что сократить людей - это самый лучший способ поднять стоимость акций. И реально стоит адекватный вопрос, как понять, что когда вот станут в ряд стаф инженеры, что надо, что надо сокращать не меня? Э, ну что тебе сказать? — [фыркает] — Мне кажется, что, конечно, надо быть более видным для руководства и больше с ним взаимодействовать и больше общаться. Ну, это совершенно мы знаем, это другие скилы. Э, но это, мне кажется, мало. нужно осваивать и так, чтобы, скажем так, э чтобы опередить всех остальных. Ну вот, как ты говорил про лыжи и медведя, да? То есть нужно быть самым эффективным, но этого мало. Нужно ещё, чтобы это знали все, что ты самый эффективный и никаких других вариантов нету. Ну, другой вопрос, ээ, что очень просто фальсифицировать эту эффективность. — О, правильно. Я сейчас достаю третью уточку. — Давай. Которая берёт и фальсифицирует. — Нет, эта уточка и эта уточка пользуются не там жёлтые. А то что тут уже пошутили, что чёрных увольнять нельзя, поэтому мы переходим на две жёлтые уточки. А, а это уточка Джун, которая пишет код, используя, пусть, предположим, написанные тобой скилы с использованием опуса, но на джун она стоит дешевле. Это уточками midл, которая делает то же самое. Если твои скилы работают так же хорошо, как ты рассказываешь, я их не видел, честно. Это не означает, что они не работают, то возникает вопрос. Если одно лезвие бреет чище, второе бре как это бреет чисто, второе ещё чище, то зачем нужно первое лезвие? То есть, если два, если уточка джун пишет код легче, то, ну, дешевле с тем же результатом, зачем платить медлу? — Как вот вот как выжить нашей синей уточке? — Конечно, ну, смотри, мне всё-таки нравится больше разработчик, который гораздо лучше понимает, что происходит. э-э по той лишь причине, что, ээ, скажем так, ээ, какая экономия, вот, слушай, между их зарплатами не очень большая разница. Ну, о'кей, для компании — Честно, как владелец своей компании я могу с тобой кардинально не согласиться. Ну, в смысле, когда у меня была своя компания, ну, типа условный джун - это раза — 500 долларов, условный миidдл - это условные 2. 000 долларов. Ну, мне кажется, что там, где ты пытаешься сэкономить ещё 1. 500, можно налететь, ну вот экономя дополнительную 1. 500, можно налететь на проблему, что этот джун я бы лучше, знаешь, на те же задачи и на ту же самую работу и синьора нанял, которому можно ещё в два раза больше платить или в три. Почему? Дело в том, что потому что с искусственным интеллектом синьор будет работать как 100 синьоров, а джун джунов. И зачем мне ээ эти горы кода? Лучше я чуть-чуть сеньорского кода получу, чем ээ горы джуновского. Вот у меня такая позиция.

— О'кей. То есть единственный способ нашей синей уточки выжить, по-твоему, медлом быстро стать сеньором, потому что иначе её заменят на сеньр, который будет кратно эффективным. Ну да, я бы просто оставлял только синьоров, а всех все остальные не нужны. Ну как бы как известно [откашливается] владельцам компаний, им же пофиг на то, что скоро таким образом у нас не будет вообще джунов и медлов. И как бы сеньоров не откуда будет брать, потому что им непонятно как расти. Ему без разницы, это будет завтра. И на рынке он всё равно кого-то найдёт. Ну то есть они же за это не парятся, правильно? — Пока, да. Особенно сейчас падающий рынок. Сейчас реально на рынке очень много хороших специалистов бе ирони. — Плохих тоже полно, но хорошие тоже есть. — Можно найти синьора, который будет не за все деньги мира. как бы. И зато я уж 100% буду понимать, что ээ там код, который он выдаёт, ну, скажем, эффективность, которую он выдаёт, и ээ уровень осознанности работы с искусственным интеллектом тем же, он его лучше погоняет, чем джун. Ну, Джун как бы сидит, трепещет, он сам боится и [откашливается] воспроизводит этот страх в коде. Ну зачем мне такое? — О'кей. А то, что ты сейчас рассказал, а напомнило мне, у меня что-то сегодня настроение такое есть второй анекдот, я его часто рассказываю. Ты такой: "Пришли мыши к сове и говорят: "Сова, нас всех обижают, все едят. Что нам делать? " Сова ходила, думала и говорит: "Вам надо стать ёжиками". Все: "Да, станем ёжиками". И это радуются. Тут одна мышь подходит к сове и говорит: "Слышишь, сова, а как нам, собственно, ёжиками-то стать? " Он говорит: "Да понятия не имею". Говорит, я стратегией занимаюсь. Вот, вот здесь то же самое. Твоя идея, что сейчас все медлы должны резко стать сеньорами, чтобы стать на рынке труда. Но это, конечно, круто. Я реально бы хотел, чтобы если ээ если бы у нас вот так вот по мономению по сложный русский язык по моновению э пальца все стали сеньорами, жить бы было бы намного интереснее и продуктивнее в профессиональном плане. — Ты меня спросил так с точки зрения работодателя. Вышел на рынок, нанял, проблем нет. А с точки зрения человека сложно, это понятно, потому что, — ну так вот человеку что делать? Вот у нас там написано, — да, — всё в заголовке темы про медлы войти, где рецепт, что сейчас бросать и учить ээ джунам. Ой, джунам. Джунам на самом деле тоже. Но у них чуть больше, как ни странно, времени в моей картине мира, по крайней мере, просто потому что они дешёвые. — От их увольнения компани бюджету компании не холодно, не жарко часто. Я уже несколько недель публикую про это, — набрасываю там на вентилятор и народ, который считает, что, значит, нужно очень много знаний ээ всяких вот этот такие адепты, ээ, базы фундаментального программирования и, значит, всего этого дела там на меня набрасываются, потому что я как бы то, чему я учил и в вузе, учу, и сейчас и и то как какие лекции я читаю и с какими докладами выступаю. Так везде эти вот фундаментальные знания. И тут я говорю, что это всё справочная информация. Я начал писать в сетях, что, ну, это справочная информация. На самом деле, ээ, ну, все эти вещи, ну, можно откуда-то, ээ, вынуть, найти, с искусственным интеллектом это сделать. Ну, я на самом деле поменял свою точку зрения по той причине, что ээ так как сейчас от всех стало требоваться всё, то в этом море информации можно просто захлебнуться. То есть человек же не может фундаментально, глубоко и до мельчайших деталей знать и эээнды, и фронт, и базы данных, и сети, и что только не нагруженные системы. книжка вот это самое, которую я на неё не наезжал, но вот мне написали, что я наехал на книжку с кабанчиком, что ээ я просто — и потягнул на святое. — Ну да, я понимаю, что это хорошая книжка. Никаких у меня претензий к Клепману нет. ээ тому каргокульту, который вокруг неё сделали люди, проводящие собеседование. Ну зачем они на покраску кнопочки нанимают

человека через книжку с кабанчиком? Он же никогда не будет ни одного паттерна из этой книжки использовать в жизни ему не дадут. Он будет просто ЦСы двигать и всё. Что это за маразмы? Вот. Ну, мне кажется, что такие вот знания, как, допустим, у нас да, фундаментальные знания, вот как значит по, ээ, паттернам, по там, значит, DDD, ээ, Solid, Gr, вот все вот эти вот вещи, которые и я же, собственно, и преподаю, и педалировал всю жизнь их, ээ, в инженерной среде. Ну, мне кажется, что всё это стало ээ не основным. — А что стало осно Дада, ты прекрасно рассказал, что стало не основным, а что стало основным. А я там выделил, то есть там есть некоторые знания, которые не так разрекламированы, не так в общем ну, допустим, знание о том, ээ, как работает система модульности в твоём языке. Ну, я считаю, что это гораздо более важно, чем помнить там 38 паттернов на яизусть. Вот просто очень хорошо и досконально помнить, как работает система, несколько систем модульности в твоём конкретно языке. И потом, допустим, знания про то, как выстроить архитектурную границу между модулями. Вот как — то есть, подожди, ты теперь ждёшь, что усков Мидл должен знать, как выстраивать архитектурные границы между О'кей. Но я от него не жду, конечно, чтобы он там алгоритм декстры или, значит, там обход дерева там и всякие вот эти вот дела — за этим в КПИ — не надо, не надо. Это всё справочная информация. Это всё не надо помнить. Но вот я хочу, чтобы они умели э какие вещи? Разделить большое на части, дать этим частям имена и потом связать части вместе. Вот это практически ээ архитектурная задача. Я её где-то 10 лет назад вот именно таким способом сформулировал, что как разделить большое на части, да, частям имена и как связать части вместе. Это очень простая формула, но попробую это сделать. — Да, тут пытаются комментировать в чате: "Роботодателя интересует модульность. Пусть и знает модульность. Если бы и мог бы знать модульность, и я, и Тимур, и присутствующий в чате были бы гораздо счастливее, потому что сейчас если вы попробуете сделать сколько-нибудь большую серьёзную задачу с помощью и а на сколько-нибудь хотя бы чуть-чуть качественном уровне, чем даже вот даже если мы опустим все требования по надёжности, типа это просто большая задача, которая есть, то вы обнаружиете, что ей очень плохо справляется с декомпозицией. Даже хвалённый Опуus, даже хвалённый GPT 5,4, они всё, они имеют тенденцию сваливать всё в одну кучу, особенно если в проекте, ну, нету заранее выстроенной архитектуры. И это тож, где мы нам всё ещё приходится всё это решать. Поэтому — у них всё хорошо с написанием кода, и они вынут тебе самый подходящий паттерн. Вот там даже умный инженер с опытом не всегда скажет, что лучше подходит. Вот тут, значит, медиатор или бридж, да? Надо сначала вспомнить, что такое медиатор и что такое бридж, а потом понять твою конкретно задачу в твоём коде, ээ каким образом лучше разделить ответственности. Это не такая простая задача. искусственный интеллект это сделает, но с инженерным подходом, с декомпозиции абстракций, вот просто с декомпозицией абстракций, с установлением связей, с изоляцией модулей очень тяжело. Вот почему-то — То есть Подожди, я правильно понял? Грубо оно не всегда выражено в коде, понимаешь? уровень выше делает паршиво. — Да. — Окей. То есть получается тут пытаются спросить типа аа такое ощущение, что надо добавить детерминизма. Сколько времени осталось, ребят? Сколько времени осталось? К сожалению, не знаю, как э как это единственный шар, который у меня есть - это вот такой шарик с изображением земли, который я периодически кручу в руках. Хрустального шара у меня нет, потому что понимать, насколько будут развиваться модели, сколько будут стоить модели, сколько будет стоить всё это, пока не пройдёт ихаймpe, никто не может. Но эта точка зрения, она не

про когда. Это скорее про вектор. Знаете, мы туда придём, но непонятно когда. И вот эта вот э тенденция в общем и возникает. О, у тебя есть призма. — Да, у меня их несколько. — Лунна. Вот видишь, какие, ну, шестиугольника. Вот не шестиугольника, а экосаидра нету. Ну вот такой кубик есть и есть разные, — да. К вопросу почему, а, кстати, вопрос, почему только джунам тяжело, а то тут пытаются ой, почему только медлам тяжело, на самом деле просто Мидлам тяжелее всего. Я могу рассказать пока, э, как это, перехвачу инициативу у Тимура, расскажу, почему это. Потому что это была моя идея, в принципе, и мой изначальный тезис, что медлам меньше всего времени и меньше всего тяжело, потому что они посередине нигде. А это называется, э, господи, как же она, закон Матфея, по-моему, или как-то это правило Матфея, когда бедные становятся беднее, богатые и богаче. То есть джуны несут в себе ценность, потому что у Ии до сих пор нету одного очень важного качества и нельзя сделать крайним. Нам всегда нужны люди, которые являются операторами ишки, которые будут, грубо говоря, писать промты и которые будут справляться с и — в личном счёте это менеджеры должны быть крайними, и их — ты сейчас менеджеров, конечно, опустил, но мы ещё не скоро к этому придём. Вот и есть. И, грубо говоря, нужны большие умные дядьки по типу Тимура, которые будут писать скилы для этого и делать его умнее не в разрезе тренировки новых моделей, а в разрезе затачивания возможностей конкретной модели. Семейство модели - это тридцать пятая деталь под новый продукт. Это сложная задача, которая требует уже набитых шишек и большого инженерного кругозора. То есть, грубо говоря, ты должен рассказать яишки о всех граблях, на которые можно наступить в конкретно в этой доменной области, в этих работах и прочее. Вот. А посередине медлы, которые стоят дороже, чем джуны. А и а с другой стороны того инженерного кругозора, который есть у сеньера и а шишконабивания у них нету. Именно поэтому с шишками у нас больше всего страдают медлы. И опять же, меня ж привлекают как консультанта разные команды. Это то, что я сейчас вижу. Некоторые команды, э, конечно, в принципе, закрыли найм Джунову, у них там мало, но у тех, у кого джуны ещё есть, они говорят: "Господи, ну, типа, 500 долларов пусть все промтят. Типа мы на Такены сейчас тратим больше, чем на джуна". А, а заказчику полезно показать живого человека и живое лицо, а не аи сгенериённую модель. А сеньорами они говорят: "Ну, типа, Вася голова, Вася тот, кто у нас будет отвечать за архитектуру, закладывать архитектуру, всё то, что ты вот это рассказал". И вот поэтому это я отвечаю, собственно, на заданный вопрос. То, м, собственно, вот так. Тут вот мечтают о том, что когда кредитные деньги на и фермы закончатся и придётся катнуть кучу дешёвых подписок и требовать залм будут ощутимо, то вернуть человеков. Вернут, но в гораздо меньшем объёме, потому что — человеки всё равно нужны, чтобы показывать вот эти фермы, то есть чтоб поставить там, значит, веб-камеру и своим заказчикам показывать. Вот они сидят, голубчики, — да. Плюс люди говорят: "А почему скилы сами не будут а создаваться? " Вот я почему мы с Тимуром, в принципе, ведём этот диалог уже несколько месяцев, там в онлайне, вживую, в Киеве, а и прочее. Потому что вот, к примеру, фантазия о том, что скилы, э, будут сами себя создавать, к счастью для сеньеров, и это то, что во многом их спасает, это фантазия. Есть прекрасное исследование на ArchivorG, и даже их, по-моему, уже больше одного, которое говорит о том, что не существует документального подтверждения повышения качества результата в модели от скилов, которые создала сама модель. — Сделать сама я это могу абсолютно подтвердить научно. Каким образом? Знаешь, такое понятие, как [откашливается] контур управления. Вот если в контуре управления выход подать на вход, и там будет маленькая ошибочка. Всё, управление расходящееся сразу же. Ну то есть систему начинает вот так вот бросать вверх-вниз. Ну то есть она ээ хуже и хуже с каждым разом начинает выдавать результат. Ну, кибернетика, короче, учит нас, что если зациклить систему, ээ, и без внешнего управления она и она

маленькую ошибочку приведёт в такое состояние, что она полностью ээ разрушит то, что она делает. — Вот так вот. Тимур, как вы поняли, это ж дратует за вот эти большие архитектурные вопросы и прочее. Но есть ещё один аспект, который я хочу подсветить опять же по своему опыту, в том числе и не только гитлаба и прочее. А когда приходит время не только увольнять, а то я всё нагнетаю негативную эту, в том числе повышать людей, а в сколько-нибудь крупной компании, которая больше двух пицц, условный менеджер-менеджера, а вероятность того, что вас повысят или не уволят, напрямую зависит от того, насколько менеджер менеджера знает, кто вы такой. — 100%. — Вот. А я тут несколько недель назад отличился в Гитлабе, когда я написал сообщение в слаг по поводу нашей и истерии, которая в Гитлабе тоже, э, за как это немножечко захватывает ТЛА, я написал сообщение, которое начиналось словами: "Позвольте мне выразить крайнее неудовлетворение". И дальше полотно текста: "Что я по этому думаю? " Дальше на следующее утро а ты открываешь календарь, а у тебя в календаре висит приглашение технического директора, который на пять уровней иерархии выше меня и в котором в адженде в описании ивента в календаре тупо ссылка на это сообщение в слаке. Вот. А так вот и я такой, честно, я несмотря на то, что сем типа за 7 лет это мой первый у нас уже три, по-моему, CTO сменилось. первый был один на один с техническим директором. И, ну, это была для меня такая стрессовая ситуация. А, но потом я понял и вот, собственно, начал смотреть на это, что если я не буду громко кричать, то ничего не поменяется и дальше будет становиться только хуже. И те люди, которые кричат громко, у которых по моему глубоко субъективно, возможно, я не прав мнению, достижений меньше, чем у меня, то они будут получать повышение. Но мне на повышение, в общем-то, пофигу. Главное, что они будут определять вектор развития компании. Это то, что меня беспокоит в Гитлабе. — Ну да, да. Вот и я хочу как бы донести мысль, что если вы сейчас и буквально пару дней назад на Дуу вышла статья с тем же тезисом, не сговариваясь, там интервью, разбор интервью было, где став нет дистингвишит, самая верхняя эта амс инженер рассказывал про это. Он сказал, что если вы сейчас просто сидите за компьютером и закрываете тасочки в вашей Джири, он говорил: "Не так, я перекладываю на знакомый нам это". То ваше время типа развития подходит к концу. Развивать будут тех, кто говорит. И почему? Тут даже они будут гораздо менее шарящими, чем вы, но просто ээ идея кого-то развивать, когда придёт к руководству, ээ а он вот он, он виден и всё. Вот он вылез, будем его развивать. — Да. Внимание. Я ни в коем случае и не призываю, а брать и начинать рассказывать то, чего не существует. Поверьте, а сколько-нибудь хорошей компании, а мы хотим, чтобы вы все работали в хороших компаниях, это плохо закончится рано или поздно. Возможно, не так рано, а, но закончится. Я призываю уметь подать себя, подать свою работу и склонить, а, свою команду, своего менеджера и так далее на тот путь, который, э, это уже, знаете, такое ближе к философии и прочее, склонить на путь, назовём истины или тот, в который вы верите. Потому что сейчас с тем с теми километрами из слопа, который генерируется, и я вижу вопрос не когда вопрос не упадёт ли проект, вопрос когда проект упадёт. — Да. — Вот — это правда. А и вот мы на самом деле с Тимуром какое-то время уже об этом разговаривали и прямо разбирали ситуацию там про джунов, про медлов, про сеньеров. А, и проблема в том, что когда ты пытаешься вот так вот в формате видео, а, донести это до, мы уж мы пробовали до нормальных людей, в смысле, до программистов, а выясняется, что к этому нужно 35 км подводки, потому что люди верят, половина верит, что и всех заменит, вторая половина наоборот считает, что вот скоро деньги на и закончатся, нас всех мы снова будем купаться в том шоколаде, в котором мы купались в 2021 году. А поэтому

мы, а мы не ставим целью вот прямо сейчас вам что-то продать вообще. А мы немножко подготовили вещей, которые хотим — ставим проблему, что она вообще есть. — Да, мы хотим, чтобы вы об этом задумались и подумали. И поэтому вот там по ссылке в закреплённом комментарии, я, по-моему, ещё поленился обновить описание к видео, но если вы смотрите э запись этого этой трансляции, то у меня уже есть и там. Да, — да, то там уже есть. Хотя у Тимура есть, по-моему, и там, и там на трансляции есть ссылочка на Telegramбот, где а я, я и Тимур попытались смоделировать тот мыслительный процесс, который привёл к тому, что мы сейчас сидим и с умным видом пытаемся затирать вам, а, даже не конечный результат, а наши эмоции, ощущения и переживания по этому поводу. И у меня к тебе, Тимур, такой провокационный вопрос: "А почему тебе не пофигу? " Ну, типа, ну, будут, будет у Медлов пофиг, у Медлов всё плохо. А тебе-то что с этого? — Ты знаешь, я как-то вот ощущаю, что если я взялся за ээ айтишное дело, за архитектуру, за вообще всё вот это программирование, то какая-то у меня есть, э, даже за всю отрасль ответственность. Ну, ну мне хочется, чтобы она не выродилась, чтобы она не превратилась в вечное пережёвывание нейрослопа. Ээ, чтобы инженерная культура как-то ээ выжила и развивалась. Ну, я бы сказал, что тут очень полезно, чтобы она как-то выжила и развивалась, перечитать основание. Надо её где-то, надо её где-то далеко спрятать в каком-то нии, которая не будет затронета кризисом, а потом она оттуда развернётся. Но чтобы она развернулась оттуда, культура должна быть ээ сформирована, сформулирована и быть в форме доступной для воспроизведения. Ну вот мне кажется, что мы с тобой уже такую форму нашли и сформулировали. — Единственное, что, конечно, мы её спрятали за ссылочку, которую нужно необходимо нажать, чтобы узнать, какую именно форму. А вообще так, на самом деле, ээ, ну, мне не всё равно, потому что, ээ, ну, мне кажется, что инженерная отрасль, она очень важна. И, э, там даже я вижу, что просто сейчас произошло с наукой, она, ну, практически схлопнулась, да? То есть вот уже из-за нейросетей наука схлопнулась, ээ, ну, не везде, скажем так, не везде, но очень многие научные школы, э, выродились, потому что люди просто, ээ, генерируют диссертации, генерируют статьи, доклады, это всё пережёвывается ве. Это, кстати, ещё началось до искусственного интеллекта. Они просто при помощи собственных аспирантов всё это пережёвывали. И — я, как человек, который пережёвывал, могу подтвердить, — да, ну это этот бессмысленный просто нейрослоб, он нёсся сквозь научный метод последние, может быть, лет 20, как точно, а может быть, так и 30 вообще. То есть, ну, мне кажется, что наука сейчас в плачевном состоянии после того, как просто, ээ, начали её массово вот вместо науки выдавать какую-то фальсифицируемую хрень, но, ээ, чтобы такое с инженерией не произошло. Почему с инженерией лучше гораздо ситуация? Потому что, ну, когда инженер что-то делает, оно должно работать как минимум. Ну, учёному нужно убедить другого учёного. Это проще, чем заработало, правильно? — А у нас что-то должно всё-таки функционировать — хотя бы сколько-то времени, пока мы не сбежим. — Да. Ну, как бы учёный же может рассказывать: "Ну вот, значит, короче, есть большая мысль, я её думал". Вот тут формулы красивые написаны. А как бы вот эти вот дядьки, которые смотрят на всё это дело, сидят и хлопают глазами, ну, им стыдно сказать, что они ничего не понимают. Но и это не всегда так получается, что вообще хоть кто-то в аудитории может сказать, действительно ли это трэш или всё ок. Потому что бывает, — я тебя, извини, перебью, а ты тут произнёс ключевые слова аудитории трэш. У меня к тебе про ты вот начинаешь рассказывать про космические корабли, раз мы уже упомянули Азимова и основания, которые бороздят бескрайние

просторы. — А у меня к тебе тупой вопрос. Как это честный? Только это только честно. Какой процент студентов у тебя ходит на пары? — А дело в том, что у меня все записи э есть э ну как бы там назад на 15 лет. Короче, у меня не на 15, на 10 лет. Я всё писал эти 10 лет. Понятное дело, что я многие лекции там переписал уже, перевёл там на несколько языков и по-другому сделал маленькие, сделал большие лекции, какое какие угодно. Но, конечно, людей тебе задавать вопросы. — О'кей. Да, чтобы вот на семинар, да, не на пару. Ну, просто лекции у меня в основном в записи, но на эту запись я тоже людей приглашаю. Просто я говорю, что не обязательно на неё приходить. Если вы хотите после лекции обсудить, то приходите. Но как бы учитывая войну и все остальные вещи, людям, конечно, нужно иметь возможность посмотреть лекцию, когда они хотят, а не когда она идёт. Ну и отмечать отсутствующих, это, ну, мы не в XIX веке. И — какой процент? Мне интересно. Ну, смотри, если я им пишу, что сегодня на лекции будет такая тема, вот заинтересовываю как-то, ну, приходит, наверное, 50%. А если — а если я не объявляю тему, ну просто вот заскедлина лекция, допустим, там на там четверг или там на среду, на 12:00 и я как бы не говорю, какая тема будет в этой в этот раз и зачем её смотреть. — Ну на неё приходит, может быть, ээ там от пяти до 15 человек в зависимости от того, какой курс. Конечно, первый курс приходят почти все второй ещё боятся тебя. Дадада. Да. Ну как бы им рассказывают всякие там истории страшные, как я там отчисляю и всё такое. — Вот просто я тебе скажу, ко мне тоже дай бог, чтобходит 20% людей. И а проблема в чём? Ну я вот действительно ты все эти факторы упомянул, времени у людей нет. То есть вот ты вот — ты вот рассказываешь красивые э истории про большую архитектуру. Я тут рассказываю про то, что надо учиться говорить со всеми эффективно и прочее. А тут как это? Нам нужно признаться, как это, я не знаю, как Тимуру. Мне вот только, а, наверное, за последний год я пришёл к выводу, что, во-первых, времени у моих студентов, не то, причём не только тех, что в универе, махнул так рукой, как будто совсем нет. У меня есть и толковые, а, и у тех, которые есть, нет и не будет. И что вот раньше я мог взять и студентам мог дать лекцию Тимура на четыре с хвостом часа, которые есть на тубе записи семинарчика и они бы даже кто-то её посмотрел. Сейчас пришло поколение, которое воспитано на рилсах, шорцах и тиктоках, и они смотреть это не будут. А поэтому тут надо подчеркнуть, что вот разговаривая про всё вот это и думая о том, как решить эту проблему, потому что тут абсолютно честно говорят, что грустно, но два спикера и 200 зрителей, но нас, я думаю, что под 400 зрителей, потому что у нас на двух каналов, не смогут изменить индустрию. Мы пробуем выделить, может, попробуем выделить лучший опыт и выработать мировоззрение, чтобы спать спокойно? Нет. А наша задача не изменить индустрию. Наша задача сделать так, чтобы мы все, и вы, и мы, были в максимальном шоколаде, даже тогда, когда вокруг, — да, построить такой ковчег, взять туда, значит, по паре. — Гильдия, — да. — Э, идея в чём? Ну, во-первых, я пришёл к философскому выводу, что невозможно спасти всех. — Вот к такому же выводу пришёл, — да, я пришёл к выводу, что те лекции, которые мы раньше рассказывали и прочее, ну, то есть я ещё не опустился до уровня, когда я буду преподавать, с одной стороны буду я рассказывать, а с другой стороны будет Subway Surface Сабве server с а рисоваться. Ты не знаешь, что это такое. Ты счастливый, ты ещё не дошёл до этого уровня. мне уже нечай показывал свои лекции и семинары, там где, ээ, он стримит им какую-то игрушку по и люди смотрят эту игрушку, — а он при этом им рассказывает за микросервисы. Ну, — тут пишут: "А это точно, что не будет молодёжь смотреть 4 часа? " Это не миф. Бесполезно рассказывать о том, что есть молодёжь, которая смотрит

видео по 4 часа, когда ты открываешь аналитику своих видео и понимаешь, что фокус внимания в среднем 15 минут. — Хотя к нам, конечно, приведут примеры, что есть люди, которые с утра до вечера сидят. Они всегда будут. Они всегда были и они всегда будут. Но это исчезающий маленький процент людей. Просто вы, может быть, вы на таких попали, если вы вдруг, ээ, там знаете кого-то, кто сейчас учится, или вы сам такой, что вот вам просто интересно и вы там с утра до вечера сидите. Вообще, ээ, люди, если они не получают какой-то результат, ну, вот если они, ээ, грубо говоря, там не напишут при помощи копипаста и не запустят себе какой-то маленький кусочек кода, который, причём он должен их удивить, ээ, им даже не интересно ээ как цикл делать. Я уже не вообще не интересно. Ну, то есть они хотят сразу, чтобы им архитектуру дали. Вот я, кстати, заметил, что первокурсники приходят и сразу спрашивают что-нибудь там за чистую архитектуру там. Я говорю: "Подождите, э давайте хотя бы, может быть, там переменные циклы". Не, это не нашем уровне, это пусть это там нейронка пишет. — Вот это абсолютно интересная ситуация. Тут пишут это и о хорошая хороший термин и идиократия. как идиократия, только с идиократией. И тут пишет фильм такой, — да, — как-то иди сейчас. А, по-моему, так и называется, — да. Но теперь к слову идиократия, спереди мы дописали и — а идиократия. Дададада. Да, — да. И тут пишет: "Как вы видите итоги данного не курса". Ребят, мы пока не продаём вам курс. Мы не пытаемся вам что-то продать. Мы хотим, а, чтобы вы об этом подумали и соотнесли то видение, которое мы видим. Как это? Есть ли у вас эта проблема? А есть Верите ли вы в то, что то, те два решения, которых мы пришли, разговаривая и обсуждая и ругаясь с этим, что они действительно то, что нужно. И если как это, если это действительно это, то, Господи, а и верите ли вы? что и я, и Тимур способны поменяться, чтобы доносить вот эти большие важные вещи, то есть организация высокоуровневых коммуникаций, архитектуру, это простыми словами, с практическим опытом. И вот если вы всё это верите, то мы настолько в себе уверены, что у нас первая доза не бесплатна, потому что если это будет бесплатно, мы повесимся от количества участников. Вот. А за совсем смешные деньги, чтобы не случилось так, как было раньше. Раньше ж как? Я не буду говорить Тимур, я от Есерии продавал курс за условные 400 долларов, а потом ты это 2 месяца душнил, и люди терпели, потому что деньги уже уплочены. Но это теперь это больше не работает. Э с Тимуром разочаровались в этом подходе. — Я последний курс по паттернам. Собственно, люди немалые деньги платят и всё равно не ходят. То есть уже ничего не мотивирует. Люди уже не способны не вдолгую учиться, потому что вдолгую им нужен на вчера результат. Как же ж вдолгую? Не в короткую. В короткую нужно отставить работу, все дела и как бы упереться. И так тоже не подходит. То есть уже никакие форматы вот такие вот, которые последние там 5 лет ээ работали, они не работают. Вот проблема в том, что, смотрите, у нас весь мир рушится, серьёзно, и меняет полностью инженерный аспект разработки. А TikTok и прочее меняют преподавание, потому что ты даже даёшь студенту домашку, ты не очень сложно психологически заставить студента сделать её без и, когда ты можешь закинуть её в клодко коды, и она тебе вот так вот сделает большинство заданий. А у нас есть фактически три вещи. Я же говорю, что вот коммуникации как ключ к выживанию и ключ к развитию и продвижению внутри команды, потому что команды остаются из людей. Вот это то, что говорит Тимур. И почему, собственно, мы с Тимуром так очень сильно мы считаем, что обе аспекта важны, но Тимур концентрируется на своих высоких инженерных материях, а я, как человек, который каждый день ругается с половиной инициативных, без иронии, крутых инициативных инженеров в Гитлабе, делаю акцент на коммуникации, вижу, насколько они важны. Так вот, элит, я считаю, это важно. И ещё третье, что я хочу, очень важно. Я не знаю, как это, поставьте плюсик, если вас, как и меня, задолбало

полное отсутствие живого общения на работе, когда ты сейчас получаешь комменты сгенерированныешкой, задаёшь вопросы мне, менеджер, не мой, слава богу, менеджер, но есть у нас отдельные коллеги отвечают с помощью ответа сгенерированной ишкой. Спасибо спросить у GPT или у корпоративного, и я могу и сам. И вот если вы считаете, что вот эти три аспекта для важны для того, чтобы расти вверх, если вы ощущаете то, что а медлу и не только медлу действительно мы не будем говорить у вас, знаете, как звонок, это фильмзвонок осталось 7 дней. Нет, всё не так. Хочется верить, что, во-первых, осталось подольше времени. Это то я же говорю, что я предлагаю как минимум подумать, повбрасывать, понакидывать и, возможно, присоединиться к нам вот там вот внизу по ссылочке. — Там мы экспериментируем, скажи. — Да, мы экспериментируем. И это, в том числе, ещё одна причина, по которой мы не хотим делать это там гигакурсом за 100500 млн долларов. Потому что выйти, а потом сказать эксперимент, похоже, неудачный. Ну, как-то не то. А мы мир превращается в очень и это то, что нас ждут в очень реактивное поведение. Мы должны очень быстро реагировать на то, что изменяется. Я сейчас не даже не столько о новых моделях, как о там перекрыли армузский пролив. Экономика падает абсолютно. Но как это стоимость целого сектора компаний меняется. От этого люди начинают там, я знаю огромное количество людей, а, в одной индустрии, а, которая сопричастна с перевозкой грузов, с морскими перевозками, которые из-за перекрытие армузского проливали годовых бонусов, потому что им сказали: "Ну, вы понимаете, время сейчас такое, а у них структура зарплаты такая, что бонусы - это больше, чем зарплата". Вот. То есть в инженерии точно так же. А когда вы антропики анонсируют, господи, что там у нас? MITС как она называется. Это новая сверхсекретная модель акции и компаний, в том числе и Гитлаба, который такой сбоку, и такой фигак на минус 20%. Мы живём в мире слегка истеричных реакций. И вот, а, собственно, то, что мы считаем, это нужно, что нужно нужны навыки, с одной стороны, которые позволяют быть практичными и полезными прямо сейчас. И мы по мы будем стараться их дать. И второе, что мы будем стараться э сделать всё это в моменте реагировать на измене изменения рынка и на изменяющуюся перспективу. Вот, собственно, а о чём есть, — да. И по поводу того, какой у меня вот появился новый формат. Ну, в связи с тем, что, конечно же, все начали использовать для лабораторок, для курсачей, для, ну, теперь это стало неинтересно смотреть, да, но как-то нужно оценки ставить, выходить из всего этого дела. Поэтому меня совершенно изменилась изменился способ принятия предметов. Теперь я ээ их хочу, чтобы человек обязательно значит в онлайне зашёл хотя бы раз в ээ семестре и сделал ревью кода, написанного по его запросу нейронкой, и сделал ревью при мне. И, в общем, оценил этот код. Я хочу поговорить с ним про этот код. Не, чтобы он его написал, а поговорить с ним про этот код, — да? А теперь, в общем-то, внимание. Как это? Внимание. Как это? Трюк исполнен профессионалами. Она с Тимуром исполняется впервые. Мы а считаем, что мы плюс-минус рассказали всю проблематику, которую мы вам хотели. И впервые, наверное, за нашу с тобой историю хотите, — да? Мы хоти мы закончим, мы проведём стрим длиной меньше полутора часов или скольки-то там, сколько у нас там, около часа всё это получилось. — Час. — Так что до свидания, дорогие товарищи. — Да, наша задача, чтобы вы думали, я же говорю, если хотите услышать, как мы шли к тем мыслям, которые вы озвучили, присоединяйтесь в бот. Мы вам постараемся постепенно выложить мысли, как мы к этому шли. А где найти нас, чтобы обсудить или, возможно, осудить? Вы всегда знаете, где, поэтому, — да, — спасибо. Пока, — пока.