Что мешает дочери ИЗБАВИТЬСЯ ОТ НОСТАЛЬГИИ

Любить нельзя, воспитывать. Люби — вопрос про мою дочку. Её зовут Зоя. Ей почти 6 лет. — Ага. — Её жизнь - это переезды. Она родилась в Саратове. А потом мы запланировано переехали в Москву, когда ей было 2 года. Потом из-за всех событий мы уехали в Уральск. Это Казахстан. Это было уже не заплано. Из-за войны, давай. Ну, мы-то с тобой точно будем называть ш своими именами, правда же? — А, да. И мобилизации, — да. — И после Уральска мы переехали в Алмаату. А, но мы понимали, что Казахстан - это не конечная точка и нужно что-то решать. И мы стали думать, что делать, так как у меня у мужа был немецкий, у мужа хороший. Он поехал в Германию один, чтобы искать работу. А мы с Зое вернулись в Саратов. И на протяжении 9 месяцев мы были там и ждали, получится у него или нет. А если нет, что нам делать дальше? — Угу. — И сейчас уже полгода мы как приехали к мужу и живём в Германии. — Угу. — Да. Ээ Зоя хорошо интегрируется. Мы с ней немножко начали учить немецкий. Сейчас она его внедряет в речь. И в целом ээ ей интересно и это видно. Но я бы сказала, что у неё началась такая тоска по родине. Это случилось где-то пару месяцев назад. То есть вот первые месяцы четыре были абсолютно спокойными. Не возникала тема дома практически никак. Но кроме того, что мы там созваниваемся по видео с родителями, что-то вспоминаем. Э потом она стала говорить вечером: "Мне грустно". А и так подхныкивать. Это было перед укладыванием. Хотя обычно укладывание - это позитивное для нас время. Мы читаем где-то по часу книжку, она это очень любит. Вот. Но когда мы приехали сюда, она стала грустить перед укладыванием, а вот спустя вот эти вот 4 месяца она стала говорить: "Мне грустно". Э сначала не поняла, почему. Спрашивала: "Почему? " Она выдавала мне разные варианты. Иногда говорила: "Хочу к бабдедам". А иногда говорила: "Я скучаю по своим друзьям, про по своему кружку, который у неё там был музыкальный в Саратове". А или однажды она сказала, просто дело в том, что я не в своей стране. — Это откуда такой текст интересный у неё? — Понятия не имею, но естественно не от меня. — Ладно, не я понимаю, но это такой очень взрослый текст для человека шести лет. — Да, я знаю. Многие отмечают, что у неё очень странная речь. Она рано начала говорить, рано начала читать. В общем, она не очень любит физические активности, но вот в эту сторону её сильно тянет, поэтому не знаю. Книжки слушала. Ну вот так. — Хорошо. Я бы сказала, что это вошло в какой-то наш вечерний ритуал. И теперь по вечерам она говорит: "Мне грустно". Более того, иногда она говорит: "Ихбнтраурих на немецком". Что помогает мне понять, что это вообще просто стало кое-какой привычкой с одной стороны, но с другой стороны а я отмечаю, что и возможно поэтому я и спрашиваю. А днём, например, после садика она приносит поделку, в которой сердечко написано Зоя плюс бабде. Или, например, мы с ней делаем, а, сидим, делаем какую-то поделку, у нас играет музыка, и тут, я не знаю почему, но начинается песня: "Звенит январская в ьюга, теряют люди друг друга". А потом не найдут никогда. Она первый раз слышит эту песню и такая говорит: "Мне кажется, эта песня про то, что я больше никогда не увижусь бабдеми. Или, например, мы идём с ней в магазин, а, обсуждаем, что нам надо купить, какие продукты, что мы будем делать дальше". И тут она говорит: "Слушай, а классно, если бы сейчас в этом магазине была бы такая дверь, портал, домой, ну, в смысле, туда, и мы бы вот там пожили немножко, и мы бы туда сейчас попали". А днём она говорит: "Это безоценочно, у неё как будто бы нет никакой грусти". Но эта тема так всплывает, а вечером переходит в такие, я бы сказала, похныкивания. Да. — В связи с этим мой — Секунду, сейчас бы, сейчас, сейчас дойдём до Мы на ты или на вы? На ты, по-моему, мы начали, да? Я недо. Давай на ты. — А ты что говоришь на это, на всё? — Вот мой вопрос, как реагировать? И — а как ты реагируешь уже? Ненененене не уже. Да, сейчас расскажу. И просто дело в том, что я стала, конечно же, перед тем, как писать вопрос, я посмотрела в рубрикаторе. Это потрясающая вещь. А и нашла очень похожий эфир с мужчиной, у которого дочка 4 лет. Они тоже переехали в Германию. В общем, это было сколько-то там месяцев назад. А, и ты рассказывал про такие, ну, советы, крючочки, которые можно делать. И я поняла, что мы всё это делаем. Во-первых, я отмечаю какие-то позитивные штуки, которые здесь есть. Во-вторых, мы пытаемся, ну, как бы разнообразить жизнь, сделать и русскоязычную среду, тем наполнить, что ей нравится.

— Погоди, да. — Реагировать. — Ну, подожди секунду. — И реагируе. — Подожди секунду. Это не моя страна, - говорит Зоя. Да, — что отвечает Даша? — Вот я поначалу реагирую спокойно. Я говорю: "Да, это не твоя страна, но теперь мы здесь живём". Она говорит: "Мне грустно". А я говорю: "Обычно давай я тебя обниму". То есть мои реакции делятся на два типа. А одни я реагирую примерно как при ушибе или ударе. То есть я говорю: "Я рядом. Тебе грустно? Давай я тебя пожалею. Давай я тебя обниму". А иногда в двух случаях из двадцати примерно меня выносят ужасные. Я говорю: "Да что сколько же можно, да когда же это кончится? " И вот такие ужасные вещи. — Ну — да, у нас с ней был разговор, мы как-то уже опустили эту тему и днём с Костей, с её папой поговорили и сказали, что мы уехали по тому-то и тому-то, мы не будем возвращаться, мы будем жить здесь. Давай сейчас строить твою жизнь, давай делать, что тебе нравится. А мы рядом. Если тебе нужно, мы вместе. — Даша, ты спрашиваешь меня вопрос твой, как реагировать, правильно? Да. Как мне реагировать с каждого? — Внимание. Как тебе реагировать? Для чего? — Как мне реагировать? — Какой результат мы хотим получить? — М как мне реагировать? Для того, чтобы ей было максимально, ну, безопасно и комфортно со мной. — А кто сказал, что ей некомфортно и небезопасно с тобой? Это из чего следует? — Хорошо. Как мне реагировать? Ну, хотелось бы честно сказать, как бы мне реагировать, чтобы это прекратилось. Значит, — почему? А что тебе жалко? — А потому что я не понимаю. Вот вопрос в том и вопрос ещё в мнении, потому что Костя реагирует очень спокойно. Он просто находится рядом с ней. Я вижу в этом какую-то глобальную катастрофу, особенно когда это всплывает днём. Мне кажется, что она постоянно об этом думает. Внутри у неё какая-то непереносимая дыра. — Я скажу тебе, почему дыра - это ты, конечно, ты вообще у нас, конечно, склонна немного к преувеличениям. Нам бы с кости про это потрепаться как-нибудь за бокалом пива. Я думаю, что мы нашли бы о чём поговорить, да? Слушай, ээ даже не знаю, как с тобой пожёстче или помягче. — Я не уверена, что я нахожусь в состоянии, где со мной надо пожёстче, но как — хорошо, давай помягче. Всё, давай помягче, пожалуйста. Я человек честный. Мне что говорят? Если сам спрашиваю, что говорят, то я А какая страна её? Её страна Саратов. — Не, я не понял ответа. Почему? — Какая страна её? Её страна. — Это не моя страна- говорит она. Подожди, спокойненько, спокойненько. Это интереснейший вопрос. Это непростая тема. — Она говорит: "Это не моя страна". Мама Даш такая: "Точно, это не твоя страна". Это цитата твоя. А какая страна её? Спрашиваю я тебя. И откуда ты знаешь, что её страна Саратова, а не Я не знаю, в каком городе вы живёте в Германии. — Ну я говорю, это не твоя страна, но она станет твоей. — Дашечка, скажи мне, дружище, скажи мне, почему это не её страна и что определяет её страну? — Потому что здесь у неё нет родных, нет тех, к кому она очень сильно привязана, нет понятного. Она проделала следующий путь. Повторю, на биз. Саратов, Москва, Уральск, Алмааты, Саратов, Германия. Это за 5 лет. Я ещё что-нибудь пропустил-нибудь. Да, — за три. Да, года. — За 3 года. Какая из этих стран её? Почему? Почему ты выбрала Саратов? — Ну, потому что я знаю, что она говорит про него. Она говорит постоянно, что скучает по бабам дедам. — Ты почему выбрала? Подожди, с бабушками дедушками мы разберёмся. Да. Ты почему выбрала Саратов, если она за 3 года, за три Даша, за 3 года в очень-очень юном возрасте поменяла? Ещё раз, я просто мне самому интересно. 1 2 3 4 5 6 мест. — А потому что последним местом был Саратов. Мы жили там долго. И — нет, последнее место у вас Даш, Германия. — Ну да, последним до Германии местом, о котором она скучает. — А если бы был не Саратова, Алматы перед Германией, она скучала бы по Алмааты. Ну тогда бы мы имели в виду Алмааты. — Действительно, вы бы считали, что Алмааты её страна? Ну или там Казахстан, да? — Ну, наверное, да. Ну я просто исхожу из того, о чём она говорит. — Нет, нет. Потому что когда она говорит: "Это не моя страна", она что-то имеет в виду, либо приглашает тебя к какому-то разговору. И вопрос, который я тебе задаю, что определяет понятие моя страна? И это крутой разговор. И хорошо, что ей шесть, а не три, потому что в три

с этим сделать ничего нельзя. Это крутой разговор. Но ты мне скажи, что такое моя страна. Как Казахстан стал бы её страной, если бы Казахстан был последним после Саратова, чтобы определила — чувствовала себя там как дома, наверное. Не — почему? Что бы дало ей это чувство? Мы язык, — что язык она говорила, говорила на казахском языке. — Ну, алматыскоязычный город. — Это разный город. Ничего подобного. — Понимают. — Даш, я не понял. Ты должна мне ответ. — Что означает моя страна? — Конечно, это же не я придумала же ты сказала дважды. Причём один раз в её устах ты это повторила, один раз в своих. Конечно, — блин, это страна, в которой говорят на твоём языке, в которой тебе понятно и комфортно жить. — Это разные вещи абсолютно. Теперь у меня есть для тебя новость потрясающая. В Казахстане говорят на казахском языке, — да, но это — действительно в силу исторических причин, да, и в силу большого количества оказавшихся там людей, там очень много русского языка, это правда. Но нет, язык Казахстана не русский. — Ну, конечно, да, я понимаю, но там, где мы жили, если ты скажешь на русском, тебя поймут. — Нет, не все абсолютно и не всегда. Ты что? Да, — не все, но те, с кем она общалась, да. — Ну, хорошо. Ну, всё, ты хочешь свести это к её филологическому образованию пятилетней девочки? Что дело в языке? — Давать. — Давай думать, потому что мне кажется, ты удивишься. В этом корень всего. Прямо всего. Вот всего весь твой вопрос скрывается за этой фразой, — вернее, в ответе на эту фразу. И то, что мы с тобой понимаем в этот момент, да? Что хорошо, я могу иначе. Давай я помогу тебе. Что создаёт ощущение дома? — Близкие. — Ну вы ближе мамы с папой никого нет даже. — Да, это верно. Я тоже ей так говорю. — Нет, нет. Ну для тебя что создаёт ощущение дома? — Когда я рядом с Костей. с мужем. — То есть ты сейчас дома в Германии? — Нет, — Даша, распутываем. — Я не знаю. Знаю, что ты не знаешь. Надо, чтобы ты узнала. Мне же надо, чтобы ты узнала, потому что иначе, если я всё скажу за тебя, ты такая, знаешь, в конце такая: "Ох, классно, он закрутил". Или наоборот, что за идиот? Да, есть два варианта. И ни первый, ни второй тебе не помогут. Не, если ты со мной согласишься, ни не согласишься. Поэтому мне надо, чтобы ты это сделала. Ну это, конечно, у тебя дискомфорт есть при этом, но ничего не поделаешь. Это такое открытие, инсайт называется, понимаешь? Да. Куда мы идём с тобой? — Ну — я тебе скажу, давай. Ладно, я тебе скажу. Всё. Ну это, ну я, ну жёстко не будет, но будет, ну самую малость. Чуть жестковато. Чуть-чуть. — Ладно уже. — Даша, нафига ты притащила ребёнка не в её страну? Она живёт у тебя чёр знает где, а не дома. Так — ты поддерживаешь это ощущение, ты говоришь правильно и удивляешься, что тонкаяная лучшая на свете твоя дочка рассуждает не как ты. Она рассуждает как ты, один в один. У неё другие крючки вот эти самые, о которых, видимо, мы говорили. Я не очень хорошо помню этот разговор, но представляю, о чём мы могли говорить. — У тебя такие крючки, у неё крючки с бабушкой, с дедушкой, крючки разные, но она живёт не дома. И ты живёшь, оказывается, не дома. Почему в Германии? Почему? Что вы не остались в Казахстане? Спокойно. Пауза. Сейчас пауза у нас по сценарию твоя пауза, а я продолжу говорить. А ты пока там дыши, главное, да, дыши. Вот это прямо важно. Я Да, смотри, ничего не получится, Дашечка, если ты живёшь не в своей стране и перед тобой стоит, если ты хочешь решить эту задачу, классная, интересная задача, как сделать так, чтобы через неделю ты оказалась в своей стране. которая называется Германия. В своей и ощущение дома, Даш, оно же оно в мелочах. Ну, очень хорошо ты говоришь: "Я дома там, где костя". Но тут же через фразу говоришь: "Ненене не". Но в данном случае мы живём в исключении. Разберись с этим. Мы не сможем это сделать в коротком разговоре в программе, но разберись с этим. Костя - это не дом. Или дом - это не Костя? Да я не знаю. Ты как скажешь. Смотри, дом появляется в тот момент, когда я понимаю, что выключатель на том месте, который я рукой могу нащупать. — Угу. — И происходит это очень-очень быстро, особенно в 5 лет. Однако, если вот часто прозвучит, как будто я тебя в чём-то обвиняю, я тебе клянусь, я нет.

— Да, я знаю. — Однако, если любимая мама постоянно, сокрущённо говорит: "Да, это ё-моё, не твоя страна". Конечно, — да я так не говорю. Говорю, Даша, говоришь, Даша, говоришь. Это цитата. Это не моя страна. Даша отвечает: "Да, это не твоя страна". Как не говоришь? Говоришь теперь смотри. Ну, ничего не поделаешь. Это такой я, — да, зеркало такое. Да, отлично. Ты не одна. У меня есть для тебя отличная новость. Ты не одна. Ты настолько не одна, тебе не передать. Мы говорим о сотнях тысяч людей. тысячах людей, которые так или иначе могли оказаться или оказались в подобной ситуации. И то, что мы с тобой делаем сейчас, вот путь, который мы с тобой проходим, это путь принятия того, что это твоя страна. Знаешь, какой у меня был однажды самый потрясающий случай на эту тему? Это было на выступлении, дай бог памяти, по-моему, в Будве или в Будве, простите меня, если я неверно ставлю ударение. Там была удивительная мама, которая задала мне на живом выступлении следующий вопрос. Вот смотри, его нельзя было не запомнить. Она сказала: "Смотрите, вот мы приехали, подобная история, только мальчик постарше, поменяли там две страны, предположим. Я точно знаю, - говорит она, - через полгода мы уедем в Германию. И я сейчас для того, чтобы моему сыну было лучше, не даю ему заводить здесь друзей". Понимаешь логику её? Она хорошая женщина, она хорошая мама, — но логика её вывернута. Да, что она говорит? Она говорит, ему тяжело будет расставаться. Смотри, бабушкадедушка. Да, ну там неважно. — Теперь что и отвечает Дима? Ну-ка предположи. — Надо сегодня жить. — Бинго. Сейчас его страна Черногория- отвечает ей Дима. Я не знаю, что будет дальше. Мы же с тобой не можем даже предположить, что дальше будет. Скажи. — Угу. — Да. Твоя девочка живёт дома сейчас. Это её дом. Ты абсолютно права, в чём я с тобой согласен. Только ты, мне кажется, сама в это не до конца веришь. А я верю, что самое важное это мама с папой, да, в этом возрасте ещё. Или Костя в твоём случае, или у Кости Даша, возможно, или Даша и Зоя. Я не знаю, да, это очень-очень важно, но было бы круто, если бы ты сама в это поверила. А дальше ты здесь живёшь. Даже если бы ты мне сказала, у тебя есть планы по переезду из Германии? — Нет, конечно. — У тебя нет планов по переезду из Германии. Тем более. Но даже если бы ты мне сказала: "Дима, мы через полгода уедем в Чехию, вероятно, потому что у меня там у Кости там работа". Я ей скажу: "Даша, не делай главную ошибку своей жизни. Не жди этой Чехии и не зачёркивай эту Германию, особенно в 5 лет, особенно в 6 лет. Слушай, да ты понимаешь, дружище, что больше половины её жизни она болталась по разным странам. Больше половины. Да, мы иногда не считаем таким образом, забывая про возраст, больше половины. Теперь, что мы можем сделать? Мы можем сделать с тобой только одно. Мы можем создать ощущение дома, поняв от неё, от Зои замечательной нашей, что такое дом. И поэтому этот вопрос, который я тебе задал, который тебя немножко поставил в тупик, вообще-то надо бы Зои задать, но только помнить о том, как ты была, в общем, растеряна. И она будет настолько же растерянной, поэтому мы не припираем её, как я тебя немножко, да, вот 2 минуты назад, а мы говорим: "Давай подумаем". Это интереснейший вопрос. Я сама обалдела. Мама Даша. Фиг его знает, что это такое. Я вдруг запарилась. Давай поймём. И вдруг выяснится на самом деле, что дом он, я не знаю, в кустике, который растёт перед нашим домом, да, вот на выходе, я не знаю, да. Вот в этом вдруг выяснится, что у нас дом в новом ритуале, когда мы читаем час, а не 20 минут, как это было раньше. Просто так я говорю, я понятия не имею, я попадаю или нет. — Угу. — Что дом в том, что я знаю, где стоит компьютер, через который я по зуму разговариваю с бабушкой и дедушкой. Я скучаю по бабушке с дедушкой. Классно. Ну это же ближайшие люди. Конечно, я скучаю. Как не скучать? Я мечтаю о портале к бабушке и дедушке. Понятное дело. А что же не помечтать? Это классная, очень-очень понятная мечта. Но, дорогая Зоя, что я скажу сейчас? Мы живём здесь. Это наша страна. — Мы живём здесь. Мы не будем пытать, наша маленькая Зоя, ни тебя, ни себя, самой страшной пыткой на свете. Я никто, я нигде, я непонятно где, я болтаю, чёрт знает, где, что у меня за судьба, ё-моё. Да и так далее. Мы не будем этого делать, потому что этим мы расправляем себя. И тебя, детка наша маленькая, мы лишаем основы, потому что ты же такая, как мама Даша, Зоечка.

В целом это всё, что хотелось сказать большими мозками. — А у меня до вопрос. Мы в июне едем в Россию к бабамдедам, и я знаю, — это мне кажется, это мне не моё дело, но мне кажется, что это тупой поступок. — Я знаю, я знаю. Мне отчасти тоже так кажется, но мы не можем съездить. Потому что разру доброе дело сегодня сдею. — Бабушкам очень много лет, бабушке 8-7. Очень хочется её увидеть. И муж очень давно тоже не видел своих. И, ну, мы уже решили, что мы едем. Вопрос: надо или всё настолько безысходно, что уже не надо? — Ну, дружище, ну, смотри, я тебе, ну, что, ну, ты же знаешь, что я отвечу. Ты даже анонсировала в начале этого подвопроса, что ты знаешь, что я скажу. Ты правильно Давай так. Подожди, давай я уберу. Знаешь что? Я попробую сделать что-то, чего что мне сделать будет очень трудно. Давай я уберу войну, уберу полный кошмар, который творит РФ в Украине. Я попробую на секунду, и мы скажем, что на самом деле мы имеем ребёнка, который по разным причинам, может, вы справитесь до лета, я надеюсь, что вы справитесь, пойдёте верным путём, справитесь, но по разным причинам её тянет именно туда. Да, вот всеми силами просто её туда тянет. Она считает это, я не знаю, своим домом, своей страной. Вся это, ну, вот эта вся вот эта вот история. Что будет, когда она туда съездит? Давай ты, а не я. Убираем всё. Давай, давай не говорить не про РФ, давай говорить про Болгарию. Да, вот ей богу, что будет? — Ну, захочет обратно, вероятнее всего, будет рыдать. Приедет, наверное, тоже, может быть, будет рыдать. Я это предвижу, и мой вопрос, как это облегчить? Кость спокойно пусть сгоняет увидеть того, кого ему надо. Если он не боится, конечно, я бы боялся на его месте. Да, извини, прямой ответ. — Угу. — Я — Угу. — Послушай, Даша, ну, ты же знаешь, помимо всего прочего, я это как в собаке Баскервили, понимаешь, как он не боится, но это хочется произнести. Нет, я искренне сейчас говорю, я вышел из роли ведущего программы и педагога даже. Ну как я и Зою я убрал из картины. Ну как я не обсуждаю никакие стороны, заметьте, я не говорю об идеологии, о нравственности, ни о чём. — Ну бабушкидедушки живут тем, что они с ней увидятся. Я это очень жестоко отнять у них это. — Да. И поэтому бабушкидедушки взрослые, хотя и очень-очень взрослые, могут придумать, как оказаться в Турции. И это не ответствен Подожди, Даша, я добью этот мяч, я добью. И это не ответственность пятилетнего ребёнка удовлетворять желание бабушек и дедушек. Она хочет, это обоюдное желание. — Но она не понимает, она не берёт этот аспект. А бабушкидедушки-то хорошо понимают, что они делают. Лучшие на свете бабушки и дедушки. Даша, лучшие на свете. — Но условно мы видимся с ними в Турции. А момент расставания, когда мы расходимся в аэропорту, который просто вот прикипело и вот оно с мясом отрывается буквально, он всё равно происходит. О'кей, не в этой стране, другой, неважно. — Нет, конечно, нет. Конечно, нет, потому что Зоя уезжает домой, а не из дома в этот момент. На сегодняшний день в этой поездке она уезжает из дома, когда она из Саратова вашего будет возвращаться в Германию, а из Турции она возвращается домой. Более того, если вы сможете двинуться в эту сторону, слушай, я в данном случае внедряюсь в личную жизнь. Я очень-очень стараюсь этого не делать и не хочу этого делать, честно. Но если вы в эту сторону начнёте думать, я с огромным удовольствием расскажу тебе, как расставаться с бабушками и дедушками. — Так — просто надо, ну, на одной ноге надо познако, надо позаботиться об этом заранее. — Надо заранее по — заранее забочусь. Нет, ты пока ты едешь в Саратов, — да, в деревню к тётке, в Глуш, как известно, в Саратов, да, как учит нас классика, да? — Угу. — Заранее, как мы встретимся, какой у нас будет ритуал, ритуалы, тем более, что у вас есть это понятие в семье. Как мы расстанемся? Как мы будем скучать? Как мы будем ждать встречи? Чем мы будем скрашивать своё вот это скучание, свою тоску? Как мы тут же покажем бабушкам и дедушкам, я не знаю что, квартиру и уголок любимый в своей комнате. Как мне будет важно вернуться для того, чтобы показать им что-то, про что я рассказывала вместе с мамой Дашей. И как, конечно, не исключено, что я поплачу. Хотя Даша сейчас будет самое невероятное для тебя то, что я скажу. Я вообще не гарантирую тебе, что она плакать будет на эту тему. — Люди меняются. И я думаю, это очень круто, что она любит там, я не знаю, твои родители, кто это, или Костины родители, неважно, — да, это очень круто, что она к ним так относится, но это не единственная реакция, да, вот я не знаю, слёзы и кошмар и так далее, поскольку мы с тобой в первом блоке выяснили

э-э, что кое-что идёт от тебя. Я, смотри, как я смягчаю. Ты просил не жёстко. Я мягче просто не могу. Это предел мягкости мой в этом разговоре. Да ну, так ты же это изменишь, правда? Покивай мне, Даша, покивай. О'кей, спасибо. Вот за это спасибо. Подумай, дружище, подумай. Смотри, подумай. Я не ну реально это не моё дело. Я я, честное слово, я Но я в этот момент у меня, видишь, у меня прорвалась эмоциональная реакция. Слушай, у меня в России, поверь мне, много знакомых. э, немного осталось друзей личных, настоящих. Понятно, что многие, кто нас сейчас смотрит, я считаю их друзьями, но всё-таки друзьями, у которых у неличные отношения. У меня есть двое друзей близких, да, и люди, я хорошо понимаю, что самые разные обстоятельства бывают. Я не об этом сейчас говорю. Я не говорю о том, что всё, все проклятые. Я не там, но у нас конкретная с тобой ситуация. Не знаю. Вот, — конечно, — что хочешь, то со мной и делай. Мы ответим. — Любить нельзя. Спитыв люби